Что такое распорядительные полномочия

Организационно-распорядительные функции

Организационно-распорядительные функции связаны с управлением людьми, а административно-хозяйственные — с распоряжением и управлением имуществом. Поэтому всякий работник государственного органа или органа местного самоуправления, государственного или муниципального учреждения, служащий Вооруженных Сил РФ, других войск и воинских формирований, который имеет в своем служебном подчинении других людей, руководит их деятельностью, направляет и организует их работу (службу), является должностным лицом в связи с наличием у него организационно-распорядительных обязанностей. Соответственно лица, распоряжающиеся и управляющие в названных органах, учреждениях и войсках имуществом, материальными ценностями, учитывающие выполненную работу, начисляющие вознаграждение за труд и т. п., — это должностные лица, выполняющие административно-хозяйственные функции.

Заключение договора между работниками и администрацией о полной материальной ответственности за сохранность вверенных ценностей само по себе не может служить основанием для признания работника должностным лицом. Для этого необходимо, чтобы наряду с обязанностями по непосредственному хранению имущества материально ответственное лицо выполняло также функции по распоряжению и управлению. Таким образом, не всякий государственный служащий и служащий органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений является должностным лицом.

Применительно к работникам государственных и муниципальных учреждений важным критерием для отнесения их к категории должностных лиц является обладание правом совершать по службе юридически значимые действия, способные порождать, изменять или прекращать правовые отношения, т. е. имеющие организационно-распорядительный характер. Следовательно, должностным лицом необходимо признавать субъекта, который имеет право выдавать от имени государственного или муниципального учреждения официальные документы, подтверждающие определенный юридический факт, и тем самым организовывать, направлять поведение других лиц, для которых этот акт (документ) имеет юридическую силу. Поэтому, в частности, должностным лицом является нотариус, работающий в государственной нотариальной конторе.

Специалист, работающий в государственном или муниципальном учреждении и выполняющий сугубо профессиональные или технические обязанности, не является должностным лицом. Одна—ко если наряду или в связи с осуществлением этих обязанностей на данного специалиста в установленном порядке возложено исполнение организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций, то в случае их нарушения он несет ответственность как должностное лицо (например, врач — за злоупотребление полномочиями, связанными с направлением на госпитализацию, выдачей листков нетрудоспособности, оформлением других документов, участием в работе ВТЭК, призывных комиссий; преподаватель — за нарушение обязанностей, возложенных на него как на члена квалификационной или экзаменационной комиссии). Таким образом, необходимо отличать должностную деятельность отдельных категорий служащих государственных и муниципальных учреждений, связанную с выполнением имеющихся у них организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций, от сугубо профессиональной, производственной деятельности этих же служащих, когда последние не осуществляют указанные функции и, следовательно, не выступают в качестве должностных лиц.

Для признания субъекта ответственным за преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления не имеет значения, исполняет он функции представителя власти, организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции по назначению или по выборам, постоянно или временно. Возможны и случаи выполнения субъектами разовых, отдельных поручений должностного характера (например, поручения принять участие в проверке, работе той или иной комиссии и т. п.), в процессе и в связи с выполнением которых они рассматриваются как должностные лица, способные нести ответственность за различные преступления.

Лицо, временно исполняющее обязанности по определенной должности или осуществляющее специальные полномочия, может быть признано субъектом преступления против интересов государственной или муниципальной службы лишь при условии, если указанные обязанности или полномочия были возложены на него в установленном законом порядке правомочными на то органами или должностными лицами.

Частное лицо, а также лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации (см. примечание 1 к ст. 201 УК), не может быть субъектом — исполнителем (соисполнителем) преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления. Однако в соответствии с ч. 4 ст. 34 УК вполне законным будет привлечение таких лиц к ответственности за соучастие в таких преступлениях в качестве организатора, подстрекателя или пособника или же за участие в совершении некоторых из этих преступлений в составе организованной группы (п. «б» ч. 3 ст. 287, п. «а» ч, 4 ст. 290 УК). ,

Таким образом, преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления — это деяния, посягающие на нормальную, регламентированную законом деятельность публичного аппарата управления, совершенные служащими (должностным лицами) этого аппарата с использованием служебных полномочий, а также лицами, осуществляющими функции публичного аппарата управления по специальному поручению (полномочию).

В модельном уголовном кодексе, * являющемся рекомендательным законодательным актом для Содружества Независимых Государств, принятом, на седьмом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств- участников СНГ 17 февраля 1996 г., эта группа преступлений, названа преступлениями против интересов публичной службы. В нее включены: злоупотребление служебным положением, бездействие по службе, превышение служебных полномочий, незаконное участие в предпринимательской деятельности, получение взятки, дача взятки, посредничество во взяточничестве, служебный подлог, служебная халатность. Субъектом преступлений против интересов публичной службы.назван публичный служащий, как-то: 1) депутаты представительных органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также их помощники; 2) служащие органов государственной власти (законодательной, исполнительной, судебной), прокуратуры, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений и организаций; 3) лица, участвующие в отправлении правосудия в качестве народных или присяжных заседателей либо выполняющие функции иных представителей власти по специальному полномочию. Как видно, модельный УК рекомендует признавать субъектами преступлений против интересов публичной службы всех служащих органов и организаций публичного управления, а не только должностных лиц. Такое решение представляется правильным.

* См.: Правоведение. 1996. № 1.

Составы преступлений, включенных в гл. 30 УК, — это составы так называемых общих преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления. Они могут совершаться любыми должностными лицами (служащими), в любом государственном или муниципальном органе либо учреждении и влечь разнообразные последствия. Помимо них в других главах УК есть немало специальных составов преступлений, совершаемых должностным лицами в определенной, указанной в законе сфере деятельности либо конкретно определенными должностными лицами. Это ряд преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина (гл. 19), преступлений в сфере экономической деятельности (ст. 169, 170 и др.), преступлений против правосудия (гл. 31) и др. Согласно закону (ч. 3 ст. 17 УК), если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме.

Помимо признаков, характеризующих объект и субъект преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, можно указать еще на некоторые обстоятельства, общие для большинства преступлений, отнесенных к этой группе.

С субъективной стороны, как правило, эти преступления совершаются путем активных действий виновных лиц. Однако в некоторых случаях (ст. 285, 287, 293 УК) закон в качестве формы осуществления общественно опасного посягательства на интересы нормальной деятельности публичного аппарата управления допускает и преступное бездействие, связанное с невыполнением или ненадлежащим выполнением должностным лицом лежащих на нем служебных обязанностей.

Составы преступлений, включенных в гл. 30, конструируются как по типу материальных (ст. 285, 286, п. «в» ч. 2 ст. 287, 288, 293), так и формальных (ст. 287, 289 — 292) составов. Характерным последствием в материальных составах является существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, а в квалифицированных составах — тяжкие последствия.

В самих статьях Уголовного кодекса не предлагается никаких критериев для определения существенного нарушения прав и законных интересов граждан, организаций, общества или государства, а также критериев для отграничения существенного нарушения от тяжких последствий. Таким образом, правоприменителю предоставляется возможность и налагается обязанность самому произвести оценку наступивших последствий и аргументирование отнести их к одной из названных категорий последствий служебного преступления. В качестве некоего ориентира можно воспользоваться толкованием понятий существенного вреда и тяжких последствий должностных преступлений, данным в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности, должностном подлоге» * применительно к нормам УК 1960 г. Пленум подчеркнул, что существенный вред охраняемым законом правам и интересам граждан, общественным и государственным интересам может выражаться в причинении не только материального, но и иного вреда: в нарушении конституционных прав и свобод граждан, подрыве авторитета органов власти, создании помех и сбоев в их работе, нарушении общественного порядка, сокрытии крупных хищений, тяжких преступлений и т. п. Тяжкие последствия усматривались, когда в результате преступления был причинен такой вред, как крупные аварии, длительная остановка транспорта или производственного процесса, дезорганизация работы государственного (муниципального) органа или учреждения, нанесение материального ущерба в особо крупных размерах, причинение смерти или тяжких телесных повреждений хотя бы одному человеку и т. п.

* БВС СССР. 1990. № 3.

С субъективной стороны, все преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления за одним исключением (халатность), являются умышленными. Помимо формы вины элементами составов некоторых преступлений является мотив их совершения — корыстная или иная личная заинтересованность (ст. 285 и 292 УК). Общим для ряда преступлений, включенных в гл. 30 УК, является то, что в качестве квалифицированного вида предусмотрено совершение их лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, а равно главой органа местного самоуправления (ст. 285-287, 290 УК).

Согласно примечанию 2 к ст. 285 УК, ст. 1 Федерального закона от 5 июля 1995 г. «Об основах государственной службы Российской Федерации» * и Указу Президента РФ от 11 января 1995 г. № 32 «О государственных должностях Российской Федерации» ** лицами, занимающими государственные должности Российской Федера ции, считаются лица, занимающие должности, устанавливаемые Конституцией РФ, федеральными конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий государственных органов. К ним относятся, в частности, Президент РФ, Председатель Правительства РФ, председатели палат Федерального Собрания РФ, депутаты, федеральные министры, Генеральный прокурор РФ, Председатель Счетной палаты, судьи, аудиторы Счетной палаты, Секретарь Совета Безопасности, Председатель Центрального банка РФ и др.

* СЗ РФ. 1995. № 31. Ст. 2990

** СЗ РФ. 1995. № 3. Ст. 173.

Лицами, занимающими государственные должности субъектов Российской Федерации, считаются лица, занимающие должности, устанавливаемые конституциями или уставами субъектов Федерации для непосредственного исполнения полномочий государственных органов (президенты республик, губернаторы или другие главы субъектов Федерации, руководители органов законодательной и исполнительной власти субъектов Федерации, депутаты представительных органов субъектов Федерации, члены правительства и др.).

Должностное лицо: организационно-распорядительные функции. Статьи по предмету Уголовное право

ДОЛЖНОСТНОЕ ЛИЦО: ОРГАНИЗАЦИОННО-РАСПОРЯДИТЕЛЬНЫЕ ФУНКЦИИ

А.В. БРИЛЛИАНТОВ, П.С. ЯНИ

1. Вопрос о содержании организационно-распорядительных функций как критерия для отнесения лиц, наделенных соответствующими полномочиями в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях и т.д. , к числу лиц должностных осложнен противоречием либо неопределенностью их описания не в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. N 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», а в прежних постановлениях Пленума о судебной практике по делам о должностных преступлениях, включая Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. N 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе».
———————————
Вслед за высшим судебным органом мы не видим оснований для различения в исследуемом контексте терминов «функции» и «полномочия» (см.: п. 3 Постановления от 10 февраля 2000 г., п. 4 Постановления от 16 октября 2009 г.).
Названные в примечании к ст. 285 УК органы, учреждения и пр. будем далее именовать государственными органами и учреждениями.

Так, в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. N 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге», применявшемся впервые несколько лет действия УК 1996 г., под ними понимались функции по осуществлению руководства трудовым коллективом, участком работы, производственной деятельностью отдельных работников, и этот перечень был закрытым в том смысле, что оговорок типа «в частности», «в том числе» и т.п. он не содержал.
Однако из п. 4 того же Постановления 1990 г. следовало, что если на работника, выполняющего сугубо профессиональные или технические обязанности, наряду с этим в установленном порядке возложено исполнение организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, то в случае их нарушения он может нести ответственность за должностное преступление. В качестве примера, в частности, указывалось, что к ответственности могут быть привлечены: врач — за злоупотребление полномочиями, связанными с выдачей листков нетрудоспособности или с участием в работе ВТЭК, призывных комиссий; преподаватель — за нарушение обязанностей, возложенных на него как на члена квалификационной или экзаменационной комиссии. Понятно, что указанные, дополнительно возложенные на лицо обязанности не являлись административно-хозяйственными и, руководствуясь грамматическим толкованием данного термина, их можно было подвести только под определение организационно-распорядительных функций. И хотя на практике так и происходило, подобное понимание организационно-распорядительных полномочий очевидно не соответствовало их общему определению в п. 2 Постановления.
Без каких-либо дискуссий, в том числе и на заседании Пленума Верховного Суда, примеры аналогичного содержания (о враче, преподавателе), включенные в проект Постановления от 10 февраля 2000 г., были изъяты, очевидно, в ходе доработки Постановления редакционной комиссией . Тем не менее общее определение сохранилось: согласно п. 3 этого документа «организационно-распорядительные функции включают в себя, например, руководство коллективом, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий».
———————————
См. об этом: Волженкин Б. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе»: достоинства и недостатки // Уголовное право. 2000. N 4.

Смотрите так же:  Льготы для лицеистов

Несмотря на оговорку «например», речь здесь идет исключительно о внутрислужебных отношениях, связанных с управлением подчиненными по службе работниками. Тем не менее Верховный Суд после 2000 г. вовсе не прекратил, а по-прежнему поддерживал практику признания врачей и преподавателей — при соответствующих обстоятельствах — должностными лицами .
———————————
См., в частности: Определение по делу Шилькова // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. N 8; Определение по делу Салтынского: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2001. N 1; Постановления по делу Логинова: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ, п. 3 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2002. N 8; Постановления по делу Шиян: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ, п. 4 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2002. N 8.

Б. Волженкин теоретически обосновывал подобное понимание организационно-распорядительных полномочий, говоря, что они состоят в наличии у работников государственных и муниципальных учреждений права совершать по службе юридически значимые действия управленческого характера, способные порождать, изменять и прекращать правовые отношения, а это позволяет утверждать, что такие действия имеют организационно-распорядительный характер. Поэтому, резюмировал ученый, должностным лицом следует признавать субъекта, который постоянно, временно или по специальному полномочию имеет право выдавать от имени государственного или муниципального учреждения официальные документы, подтверждающие определенный юридический факт, и тем самым как-то организовывать, направлять поведение других лиц, для которых этот акт (документ) имеет юридическую силу .
———————————
Волженкин Б.В. Служебные преступления. СПб., 2005. С. 96 — 97.

С учетом сказанного нельзя утверждать, что в Постановлении от 16 октября 2009 г. при определении организационно-распорядительных функций Пленум продемонстрировал принципиально новое видение содержания этой категории.
В первом абзаце п. 4 этого документа Пленум традиционно отнес к такого рода функциям полномочия должностного лица, связанные с руководством трудовым коллективом, его структурным подразделением, находящимися в их служебном подчинении отдельными работниками, с формированием кадрового состава и определением трудовых функций работников, с организацией порядка прохождения службы, применения мер поощрения или награждения, наложения дисциплинарных взысканий и т.п.
В абзаце же втором Пленум лишь закрепил поддерживаемое многими теоретиками и давно и широко применяющееся на практике положение, состоящее, как указано в данном пункте Постановления, в том, что «к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медико-социальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности, приему экзаменов и выставлению оценок членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии)». Интересно, что примерно такая же формулировка содержалась в проекте Постановления от 10 февраля 2000 г., хотя она и не попала в итоговый текст документа (что, повторим, не помешало высшему судебному органу исповедовать данный подход в своей практике и после 2000 г.).
———————————
Волженкин Б. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе»: достоинства и недостатки.

2. Выработка понятия полномочий по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих юридические последствия, видимо, наиболее сложный вопрос, который необходимо решить для отнесения лица к числу тех, кто осуществляет организационно-распорядительные функции в государственных органах и учреждениях. На основе определения, предложенного Б. Волженкиным, под такими полномочиями нужно понимать права и обязанности по совершению при возникновении предусмотренных в законе или подзаконном акте обстоятельств действий, способных порождать, изменять и прекращать правовые отношения. А правовыми признаются согласно известному определению отношения, которые выражают особую общественную связь между субъектами, связь через права и обязанности .
———————————
Алексеев С.С. Общая теория права. М., 1982. Т. 2. С. 85.

Таким образом, организационно-распорядительными — помимо полномочий по управлению подчиненными в самом государственном органе или учреждении — являются полномочия работника государственного органа или учреждения по наделению иных лиц, включая юридические, правами и обязанностями, а равно по изменению объема этих прав и обязанностей или их прекращению.
Наделение правами и обязанностями происходит путем совершения действий в виде издания акта, внесения записи в реестр, выдачи соответствующего документа, удостоверяющего юридический факт, например регистрацию, и т.п. В законодательстве к юридически значимым действиям государственных органов, органов местного самоуправления, иных уполномоченных органов и должностных лиц относят, в частности, выдачу разрешений (лицензий), государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, изобретений и т.д. (см., напр.: ст. ст. 8, 333 НК РФ, ст. 1246 ГК РФ).
Из п. 4 Постановления от 16 октября 2009 г. следует: признание того, что работник государственного органа или учреждения обладает полномочиями по совершению юридически значимых действий, тем самым означает и вывод о наделении этого лица организационно-распорядительными полномочиями. В связи с этим нельзя признать верным то утверждение, что «совершение юридически значимых действий, если это не является формой реализации организационно-распорядительных либо административно-хозяйственных обязанностей, не составляет признака специального субъекта преступления» . Иными словами, с позиции Пленума полномочия работника государственного органа или учреждения по совершению юридически значимых действий как раз и позволяют признать их организационно-распорядительными, а потому эти полномочия нельзя разделять. Или еще проще: помимо полномочий по принятию юридически значимых решений в круге организационно-распорядительных полномочий соответствующего вида (т.е. полномочий, не связанных с управлением подчиненными) ничего иного нет.
———————————
Здравомыслов Б.В. Должностные преступления. Понятие и квалификация. М., 1975. С. 33, 38.

3. А. Грошев, говоря о функциях по лицензированию и регистрации и поддерживая позицию Б. Здравомыслова, пишет: «Служащие государственного органа, непосредственно обеспечивающие выполнение данных функций, хотя и совершают определенные юридически значимые действия (осуществляют регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней, выдают лицензии на право осуществления определенной деятельности и т.п.), не все наделены организационно-распорядительными полномочиями». В качестве лица, наделенного такими полномочиями, цитируемый ученый называет регистратора, вносящего в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о регистрации права на данное имущество и выдающего на этом основании свидетельство о государственной регистрации права, а в качестве лица, не обладающего данными полномочиями, — служащего, производящего предварительную экспертизу представленных документов, хотя заключение этого работника (назовем его рядовым работником. — А.Б., П.Я.) о соответствии этих документов установленным законом требованиям является основанием для последующей регистрации права на недвижимость . Таким образом, исследователь фактически соглашается с тем, что любой государственный и муниципальный служащий, служащий государственного или муниципального учреждения совершает юридически значимые действия . Мы же постараемся доказать, что это не так.
———————————
Грошев А.В. Ответственность за взяточничество. Краснодар, 2008. С. 158.
Это утверждается в обоснование того, что указанные лица не обязательно являются должностными, даже если они наделены правом совершать юридически значимые действия. См.: Шнитенков А. Выполнение преподавателем профессиональных и должностных функций // Уголовное право. 2001. N 4.

Ученый, чью точку зрения мы оспариваем, говоря о регистрации сделок с недвижимым имуществом, привел пример, довольно точно иллюстрирующий обсуждаемую проблему. Но с его выводом мы согласиться не можем, поскольку:
а) если роль рядового работника состоит только в юридическом анализе представленных «соискателем» регистрации или разрешения документов с целью установления их, документов, соответствия требованиям закона, но заключение этого работника, пусть оно и предусмотрено ведомственными документами, носит рекомендательный, а не обязательный характер — само по себе оно не предоставляет права на регистрацию либо на получение разрешения, равно как не налагает обязанность на регистратора автоматически, так сказать, внести соответствующую запись и выдать о том свидетельство, — то полномочия рядового работника нельзя расценить как организационно-распорядительные — юридического значения они не имеют;
б) если при тех же обстоятельствах заключение рядового работника возлагает на регистратора обязанность внести в реестр соответствующую запись и выдать «соискателю» свидетельство об этом, то такое заключение является решением, имеющим юридическое значение и влекущим юридические последствия, а, стало быть, указанный сотрудник как лицо, осуществляющее в государственном органе организационно-распорядительные функции, признается лицом должностным.
Хотя второй вариант на практике встречается нечасто, его иллюстрирует Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда, не согласившейся с доводами осужденного о выполнении им лишь технических обязанностей и оставившей без изменения обвинительный приговор в части получения им взятки. «По характеру возложенных на Р. должностных обязанностей и полномочий как на главного специалиста администрации области, члена и ответственного секретаря рабочей группы при администрации области, -указывается в этом документе Верховного Суда, — он являлся должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные функции. Принимаемые Р. решения по подготовке и формированию списков на получение ГЖС, заполнение и выдача ГЖС (государственного жилищного сертификата) влекли для граждан правовые последствия, связанные с реализацией их права на получение ГЖС — свидетельства о выделении безвозмездной субсидии на приобретение жилого помещения» .
———————————
Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 4 апреля 2002 г. N 10-О02-5 // СПС «КонсультантПлюс».

В абз. 2 п. 4 Постановления от 16 октября 2009 г. приведены примеры действий, совершаемых в рамках полномочий по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, — это действия врачей и преподавателей, наделенных помимо профессиональных обязанностей еще и указанными должностными полномочиями. В опубликованной практике Верховного Суда вопрос о содержании полномочий этих лиц, позволяющих признать их лицами должностными, решается так: «Несдача студентом зачета или экзамена влекла определенные правовые последствия: он не допускался к следующей сессии, не переводился на следующий курс и мог быть отчислен из вуза. Выполнение студентами учебных планов учитывалось официальными документами — экзаменационными ведомостями, листами и зачетными книжками, на основании которых принимались решения о переводе студентов на следующий курс, а в итоге — о допуске к дипломной работе», «несдача лабораторных работ, курсовых проектов, зачетов и экзаменов влекла для студентов правовые последствия — неназначение стипендии, пересдачу экзаменов, отчисление из университета, а удовлетворительная оценка также могла повлиять на назначение стипендии или получение диплома с отличием»; «от заключения осужденной, как врача-специалиста, наступали правовые последствия, пригодность или непригодность призывника к службе в армии» . Таким образом, правовые последствия, в том числе возможные и достаточно отдаленные от совершенных действий, служат в соответствии с существующей судебной практикой основанием для отнесения субъекта к категории должностных лиц.
———————————
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2002. N 8; Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 15 марта 2006 г. N 622п05; Определение Верховного Суда РФ от 10 ноября 2002 г. N 46-О02-102 // СПС «КонсультантПлюс».

Смотрите так же:  Приказ в чгпу

4. Вместе с тем полномочия лица по принятию решений, имеющих юридическое значение, влекущих определенные юридические последствия, нельзя понимать чрезмерно широко, на что указано, в частности, в Определении Верховного Суда РФ, не признавшего заведующую общежитиями должностным лицом по следующим основаниям .
———————————
Это решение ценно для нас тем, что в нем выражена позиция Верховного Суда относительно содержания юридически значимых решений и т.п., но в принципе оно неточно, поскольку достаточно было указания на то, что работник МУП по определению не является должностным лицом.

По трудовому договору, заключенному с ней директором муниципального унитарного предприятия жилищно-коммунального хозяйства, Д. была принята на работу заведующей общежитиями. Этим трудовым договором и должностной инструкцией заведующего общежитием, утвержденной директором названного предприятия, установлено, что заведующий общежитием относится к категории технических исполнителей на определенном участке работы и подчиняется директору предприятия и начальнику ЖЭУ.
Органами следствия, указывает Судебная коллегия, Д. была признана должностным лицом в связи с тем, что заведующий общежитиями в силу должностной инструкции «контролирует работу обслуживающего персонала общежития, осуществляет вселение прибывших в общежитие, следит за своевременностью и правильностью регистрации вселившихся и выписки выбывших из общежития граждан». Однако органы следствия не установили и не указали в обвинении Д., что эти ее функции влекли за собой какие-либо правовые последствия для граждан. Не добыто таких данных и в ходе судебного следствия. По существу в обвинении Д. изложены технические функции, которые она осуществляла, а не функции должностного лица .
———————————
Определение Судебной коллегии Верховного Суда РФ от 22 декабря 2008 г. N 87-о08-17 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. N 10.

5. Организационно-распорядительные функции (не связанные с управлением коллективом), которые лицо выполняет в государственном органе исполнительной власти, довольно трудно — если вообще возможно — отграничить от полномочий по осуществлению функций органов исполнительной власти, т.е. функций представителя власти: реализация в конкретном случае и властных, и организационно-распорядительных полномочий по определению влечет юридические последствия. Например, когда речь идет о разрешении какой-либо деятельности (выдаче лицензии) либо регистрации.
Некоторые ученые хотя и определяют такую деятельность как функцию по контролю и надзору федеральных органов исполнительной власти, заключают, однако, что деятельность эта не связана с осуществлением властных полномочий . Эта позиция нам представляется противоречивой, поскольку представители власти осуществляют согласно п. 4 Постановления от 16 октября 2009 г. разные функции органов власти, а значит, разрешительные полномочия органов исполнительной власти — полномочия властные.
———————————
Грошев А.В. Указ. соч. С. 157.

Не вдаваясь глубже в теоретическую дискуссию по этому поводу, укажем лишь, что высший судебный орган, насколько можно судить по публикуемым им решениям, не настаивает на обязательном разграничении функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий в указанных случаях. Так, Президиум Верховного Суда РФ согласился с приговором в отношении Е., осужденным по ч. 3 ст. 290 УК за то, что, являясь должностным лицом, постоянно выполнявшим функции представителя власти и организационно-распорядительные функции в органе местного самоуправления, занимая должность главы администрации г. Октябрьска Самарской области, получил взятку от предпринимателей за выполнение в их пользу действий, входящих в его служебные полномочия, а именно: беспрепятственную государственную регистрацию созданного ими общества с ограниченной ответственностью «Ламинат», предоставление земельного участка под строительство завода и выдачу разрешения на его строительство .
———————————
Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 26 июня 2002 г. N 386п02пр.

Итак, несмотря на то что строгое толкование текста примечания к ст. 285 УК о должностных лицах как лицах, выполняющих организационно-распорядительные функции в государственных и муниципальных органах, позволяет распространить эти функции лишь на внутрислужебные отношения, судебная практика, включая акты высшего судебного органа, относит к таким функциям и полномочия работников государственных и муниципальных органов по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия. Юридический характер таких решений означает, что они порождают, изменяют либо прекращают правовые отношения, т.е. наделяют иных лиц, включая юридические, правами и обязанностями, изменяют объем этих прав и обязанностей или прекращают их.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовное право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

Судебное толкование организационно-распорядительных функций, осуществляемых работниками в сфере образования (Галахова А.В.)

Дата размещения статьи: 09.02.2017

Материалы обобщения судебной практики по делам о взяточничестве и иных коррупционных преступлениях, проведенного Верховным Судом РФ (2012 г. — 9 месяцев 2014 г.), свидетельствуют, что чаще всего эти преступления, в частности взяточничество, совершают работники в сфере здравоохранения и образования, а также сотрудники органов МВД России .
———————————
См.: Галахова А.В. Когда медицинский работник может стать субъектом должностного преступления // Вестник Российской правовой академии. 2016. N 1.
См.: Дорофеев И.Н. Реорганизация органов внутренних дел России как предпосылка эффективной антикоррупционной политики. Уголовно-правовые и криминологические проблемы противодействия коррупции органами внутренних дел / Академия управления МВД России. М., 2011. С. 41 — 49; Байрамкулов А.М. Уголовная ответственность сотрудников органов внутренних дел за преступления, совершаемые при исполнении служебных обязанностей. М.: Юрлитинформ, 2015. С. 155.

В итоговой справке по материалам обобщения обращается внимание на трудности, возникающие при квалификации таких преступлений. К ним в первую очередь относится понимание полномочий по принятию решений, имеющих юридические (правовые) последствия, которые относятся к организационно-распорядительным (либо административно-хозяйственным) функциям. Именно их наличие позволяет признать лицо должностным, а следовательно, привлечь к ответственности по ст. ст. 290, 285, 286 УК РФ и др.
В данной публикации, используя названные материалы обобщения судебной практики, мы постараемся показать, нарушение каких организационно-распорядительных функций и наступившие вследствие этого правовые последствия позволяют признать лицо должностным и привлечь его к уголовной ответственности за соответствующее преступление.
Содержание организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, естественно, зависит от должности, которую занимает субъект преступления, в частности работник сферы образования.
К организационно-распорядительным функциям преподавателей образовательных учреждений (руководителей, их заместителей, старших преподавателей) суды, например, Брянской области относили полномочия по: организации текущего и перспективного планирования деятельности педагогического коллектива; координации работы преподавателей, мастеров производственного обучения по выполнению учебных планов; руководству профессиональным обучением; контролю за качеством образовательного и воспитательного процесса и объективностью оценки результатов образовательной подготовки обучающихся, в том числе, право приема экзаменов и зачетов.
Приговором Советского районного суда старший преподаватель филиала Всероссийского заочного финансово-экономического института в г. Брянске был признан виновным в преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 290 УК РФ. К организационно-распорядительным функциям, выполняемым им, суд отнес его полномочия по выбору методов и средств обучения, приему экзаменов и оценке знаний студентов по дисциплине «Геополитика» (Брянский областной суд).
К организационно-распорядительным функциям суды Республики Башкортостан относили такие полномочия преподавателей, как принятие решения о присвоении соответствующей квалификации, право чтения лекций, проведения занятий, принятия зачетов и экзаменов и т.п.
Из материалов уголовных дел следует, что юридическими последствиями принятых решений суды считали, в частности, приобретение учащимися права выполнять высокооплачиваемую работу в сфере нефтяной и газовой промышленности в качестве специалистов определенного профиля.
По уголовному делу в отношении старшего преподавателя Башкирского государственного аграрного университета К. к юридическим последствиям реализации его полномочий отнесена возможность отчисления студентов за несдачу экзамена (Республика Башкортостан).
Приговором Ухтинского городского суда от 22 июня 2011 г. по ч. 1 ст. 286, ч. 1 ст. 290 УК РФ осуждена Т. — преподаватель ФГОУ «Ухтинский промышленно-экономический колледж». К организационно-распорядительным функциям Т. отнесены обязанности по: соблюдению прав и свобод студентов; реализации в полном объеме и с надлежащим качеством образовательных программ по преподаваемым учебным дисциплинам в соответствии с учебными планами и графиком учебного процесса; добросовестному выполнению дополнительно возложенных обязанностей, непосредственно связанных с образовательным процессом; своевременному и в соответствии с установленными требованиями заполнению журналов учебных занятий, экзаменационных ведомостей и зачетных книжек.
Отказ Т. поставить студенту зачет по дисциплине «Правовое обеспечение», ее требование студентам заключить с образовательным учреждением договор добровольного пожертвования в качестве обязательного условия для сдачи зачета расценены судом как действия, явно выходящие за пределы ее полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан на общедоступность и бесплатность среднего профессионального образования в государственных образовательных учреждениях. Такие действия Т. могли повлечь негативные юридические последствия, поскольку студентов могли не допустить к следующей сессии, не перевести на следующий курс либо вообще отчислить из учебного заведения (Республика Коми) .
———————————
См. также: Приговор Мичуринского городского суда Тамбовской области от 23 апреля 2010 г.

Суды Нижегородской области относили к организационно-распорядительным функциям полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих юридические последствия, в частности, при единоличном приеме преподавателями обычных семестровых экзаменов и выставлении оценок.
Однако в абз. 2 п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. N 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» названы должностные полномочия по приему экзаменов и выставлению оценок только членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии. Поскольку в приведенных приговорах речь идет о преподавателях, совершивших противоправные действия, не являвшихся членами государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии, судьи Нижегородской области полагают, что преподавателей, выполняющих организационно-распорядительные функции при единоличном приеме обычных семестровых экзаменов и зачетов, также следовало бы назвать в Постановлении Пленума ВС РФ и таким образом в соответствующих случаях иметь основание признавать их должностными лицами. Принятие такого решения способствовало бы единообразному применению уголовного закона в отношении всех категорий преподавателей (Нижегородский областной суд).
Г., ассистент кафедры физики в государственном образовательном учреждении ВПР ТюмГНГУ осуждена по ч. 1 ст. 290 УК РФ (34 эпизода). Она была наделена правом проводить текущие и промежуточные аттестации студентов, в том числе принимать контрольные работы, экзамены и выставлять по ним оценки в официальные документы (зачетные книжки, зачетно-экзаменационные ведомости), т.е. она выполняла юридически значимые действия, порождающие определенные права и обязанности. А именно: в случае несдачи контрольной работы студент не допускался к экзамену по физике; при несдаче экзамена он не допускался до следующей сессии, не переводился на следующий курс и мог быть отчислен из университета.
Г., действуя умышленно, из корыстных побуждений, получала от студентов через посредника Б. взятки в виде денег за зачет контрольных работ по физике, являющийся допуском к экзамену по указанному предмету, а также за проставление положительных оценок в официальных документах — зачетных книжках за экзамен без его фактической сдачи.
Г. осуждена к 4 годам лишения свободы с лишением права занятия деятельностью, связанной с приемом экзаменов в государственных и муниципальных образовательных учреждениях, сроком на 2 года. В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы суд постановил считать условным с испытательным сроком 3 года (Ленинский районный суд г. Тюмени, у/д N 1-718/2010).
В этом деле, на наш взгляд, просматривается неадекватность общественной опасности личности Г. (34 эпизода взяток — т.е. необузданная систематичность совершения преступлений) и назначенного наказания. Полное несоответствие кары содеянному.
Аналогичное мнение следует высказать и в отношении назначенного наказания Г., доценту кафедры технической механики Бийского технологического института им. И.И. Ползунова Г., осужденного за получение 15 взяток.
На него были возложены обязанности по: приему курсовых экзаменов и зачетов; руководству практиками, курсовым и дипломным проектированием; аттестации по итогам текущей успеваемости по преподаваемым им дисциплинам «Теория механизмов и машин» и «Теоретическая механика». Несдача зачета или экзамена влекла для студента определенные правовые последствия. В соответствии с п. 3.10 Положения об институте качество освоения образовательных программ оценивается путем текущего контроля успеваемости, промежуточной аттестации обучающихся и итоговой аттестации выпускников. Промежуточная аттестация обучающихся проводится в форме экзаменов и зачетов. Неявка без уважительной причины на зачет или экзамен по объявленному графику приравнивается к отрицательному результату. Студент, не сдавший зачета, предусмотренного учебным планом, к экзамену по этой же дисциплине не допускается. Пересдача неудовлетворительного результата экзамена (зачета) возможна по направлению декана и не более двух раз. Последний раз экзамен (зачет) принимает комиссия, состав которой определяет заведующий кафедрой по согласованию с деканом.
В каждом случае Г. получал взятку за выставление студентам удовлетворительных отметок за зачет, курсовой проект или экзамен без их фактической сдачи. Кроме того, Г. осужден за 12 эпизодов служебного подлога. Он вносил в официальный документ (зачетную книжку) заведомо ложные сведения, проставлял удовлетворительные оценки о сдаче курсового проекта, зачета или экзамена без их фактической сдачи.
В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ Г. назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы, которое на основании ст. 73 УК РФ постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год (Приобский районный суд г. Бийска Алтайского края, приговор от 31.05.2011) .
———————————
См. также: приговор Октябрьского районного суда г. Пензы от 10 сентября 2010 г.; приговор Петрозаводского городского суда от 9 февраля 2010 г. (Республика Карелия); у/д N 1-636 (1) 10 (Саратовский облсуд).

Смотрите так же:  Неустойка по договору 0.1%

Доцент кафедры П., он же замдекана математического факультета Петрозаводского государственного университета, был наделен правом принятия экзаменов и зачетов. Получение студентом неудовлетворительной оценки влекло недопущение его к государственному итоговому экзамену и защите дипломной работы, отчисление из вуза. Таким образом, исполняя обязанности по приему зачетов и экзаменов, П. являлся должностным лицом, осуществляющим организационно-распорядительные функции.
Достоверно зная, что студент Н. имеет академическую задолженность и не может быть допущен к государственному экзамену и защите дипломной работы, П. предложил Н. допустить его к сдаче государственного экзамена и защите дипломной работы за взятку в сумме 42000 руб. без проверки знаний по предметам учебной программы. Получив согласие Н., действуя из личной корыстной заинтересованности, П. внес положительные оценки за семинары, курсовые работы и производственную практику в экзаменационные листы и зачетную книжку Н. без проверки уровня знаний.
Кроме того, П., используя личный авторитет и полномочия замдекана, обеспечил внесение иными экзаменаторами — преподавателями ПГУ положительных оценок в экзаменационные листы и зачетную книжку Н. Тем самым академическая задолженность студента была ликвидирована, и он был допущен к государственному экзамену и защите дипломной работы в нарушение установленного в ПГУ порядка.
После получения от Н. в качестве взятки 42000 руб. П. был задержан сотрудниками УБЭП МВД по Республике Карелия в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент».
Вследствие того, что П. не получил реальной возможности распорядиться денежными средствами по своему усмотрению по независящим от него обстоятельствам, он был осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 290 УК РФ и приговорен к 2 годам лишения свободы без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года (приговор Петрозаводского городского суда от 9 февраля 2010 г., Республика Карелия).
———————————
Такая квалификация была возможна до того, как в п. 13 Постановления от 9 июля 2013 г. N 24 Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что деяние, совершенное при указанных обстоятельствах, следует расценивать как оконченное преступление.

Как и в предыдущем, в этом примере обращает на себя внимание несоразмерность аппетита взяточника (42000 руб.), его должности и назначенного условного наказания, да еще и без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.
Более широкими в соответствии с нормативными актами являются организационно-распорядительные функции руководителей образовательных учреждений.
К организационно-распорядительным функциям директора образовательного учреждения суды Ивановской области относили полномочия по: заключению трудовых контрактов; изданию приказов и распоряжений; утверждению структуры образовательного учреждения, штатного расписания, графика работы, должностных регламентов работников образовательного учреждения, фонда оплаты труда; подбору и расстановке кадров. В приговорах эти действия расценивались как влекущие юридические последствия для физических лиц в виде реализации их трудовых прав, исчисления стажа, отчисления средств в Пенсионный фонд РФ, Фонд социального страхования, Федеральный и Территориальный фонды обязательного медицинского страхования (Ивановский областной суд).
За злоупотребление должностными полномочиями и получение взятки к уголовной ответственности привлечен ректор ГОУ ВПО ОГИС К. Он непосредственно управлял деятельностью вуза, в том числе применял к сотрудникам поощрения, премировал руководящий состав института, руководил деятельностью приемной, апелляционной и предметной комиссий, утверждал состав предметной комиссии и осуществлял общее руководство ее работой, участвовал в шифровке и дешифровке письменных экзаменационных работ, в рамках своих полномочий назначал премии по итогам работы руководителям структурных подразделений вуза.
Однако в последующем он незаконно требовал передачи части премий ему лично. Он также получал взятки от абитуриентов за содействие при зачислении в вуз.
Юридические последствия от незаконных действий К.: внесение ложных сведений о сдаче студентами экзаменов по соответствующей дисциплине либо возможность обучения в вузе при нарушении порядка сдачи вступительных экзаменов. Все это К. совершал с использованием своих служебных полномочий вопреки интересам службы (Центральный районный суд г. Омска, у/д N 1-140/2010).
Приговором Новозыбковского городского суда Х. признан виновным в получении взятки за незаконные действия, выразившиеся в выдаче фиктивного официального документа. Работая в должности зам. директора по учебной работе ФГОУ СПО «Новозыбковский сельскохозяйственный техникум», он выполнял организационно-распорядительные функции, на него, в частности, были возложены подготовка водителей по перевозке опасных грузов и принятие экзамена, а в случае его успешной сдачи, — выдача свидетельства о подготовке водителей транспортных средств, осуществляющих перевозку опасных грузов (Брянский областной суд).
К сожалению, в материалах обобщения судебной практики достаточной характеристики административно-хозяйственных функций применительно к субъектам взяточничества мы не нашли. Можно лишь сослаться на приговор от 15 октября 2010 г. в отношении Ф., заместителя директора средней школы, осужденной по ч. 3 ст. 159 УК РФ, где ее должностные полномочия по осуществлению организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций сформулированы так: она могла действовать без доверенности от имени учреждения; распоряжаться имуществом учреждения, заключать договоры, в том числе трудовые контракты, издавать приказы и распоряжения, обязательные для всех работников и учащихся; утверждать штатное расписание, должностные инструкции (Республика Бурятия).
Следует особо оговорить, что перечисленные функции работников в сфере образования, чтобы признать их именно в качестве функций, присущих должностному лицу, должны быть зафиксированы в соответствующих нормативных актах.
Приведем приговор, в котором, на наш взгляд, четко указано, какие нормативные акты регламентируют должностные функции, в нашем примере — доцента Г.
Приговором Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 5 июля 2010 г. он осужден по ч. 2 ст. 290, ч. 2 ст. 290, ч. 2 ст. 290 УК РФ.
Г., доцент кафедры музейных технологий и охраны наследия Восточно-Сибирской государственной академии культуры и искусств, согласно трудовому договору от 30 декабря 2008 г. N 471, Приказу ректора ФГОУ ВПО ВСГАКИ от 30 декабря 2008 г. N 225/1, в соответствии со своими должностными обязанностями, определенными Уставом вуза, должностной инструкцией, проверял курсовые работы, принимал зачеты, дифференцированные зачеты, экзамены. В соответствии с Положением об организации учебной работы, Положением о стипендиальном обеспечении и других формах материальной поддержки студентов и аспирантов, Положением о порядке перевода на бесплатное обучение несдача зачетов, дифференцированных зачетов и экзаменов влечет для студентов правовые последствия — неназначение стипендии, пересдачу зачетов и экзаменов, отчисление из университета, лишение возможности перевода на бесплатное обучение, а удовлетворительная оценка также могла повлиять на назначение стипендии или получение диплома с отличием.
Г. получил от студента группы 551 заочного отделения Д. взятку в сумме 400 руб., после чего без фактического приема зачета выставил в зачетную ведомость зачет по учебной дисциплине «Архитектура Сибири», а также выставил зачеты Э. и П., получив от них 300 и 400 руб. соответственно.
Определением судебной коллегии по уголовным делам ВС Республики Бурятия от 30 июля 2010 г. приговор оставлен без изменения (Республика Бурятия) .
———————————
См. также: Приговор Октябрьского районного суда г. Пензы от 10 сентября 2010 г.

Не менее полный перечень нормативных актов приведен в приговоре по делу В., в которых названы организационно-распорядительные функции, осуществление которых дало основание осудить ее по ч. 2 ст. 290 УК РФ.
В., доцент кафедры организации сельскохозяйственного производства и маркетинга в Рязанской государственной сельскохозяйственной академии им. профессора П.А. Костычева, исполняла обязанности заведующего кафедрой управления на предприятии АПК. В своей деятельности В. руководствовалась Федеральным законом от 22 августа 1996 г. N 125-ФЗ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», Уставом академии (утв. Приказом Минсельхоза России от 16 ноября 2006 г. N 663-у), изменениями и дополнениями N 2 (утв. Приказом Минсельхоза России от 23 июня 2008 г. N 9-у), Трудовым договором от 21 декабря 2005 г. N 1219, заключенным между ней и академией, Должностными обязанностями заведующего кафедрой, Положением об экзаменационной сессии, Положением о сдаче зачетов и Учебным планом на 2008/2009 учебный год по специальности «Прикладная информатика в экономике», Расписанием консультаций и экзаменов для студентов 2 курса экономического факультета, Индивидуальным планом работы преподавателя кафедры управления на предприятии АПК, утвержденным на заседании кафедры.
На основании названных нормативных актов В. выполняла по специальному полномочию следующие организационно-распорядительные функции: планировала работу кафедры, читала лекции, проводила лабораторно-практические занятия и другие виды учебной работы, руководила и систематически контролировала качество учебно-методической, воспитательной (в учебное и в неучебное время) работы сотрудников кафедры, внедряла в учебный процесс активные формы обучения; непосредственно участвовала и руководила научно-исследовательской работой сотрудников кафедры и студентов; контролировала и проверяла знания студентов с выставлением оценок, в результате чего для них могли наступить различные неблагоприятные последствия (Московский районный суд г. Рязани, у/д N 1-180/2010).
К сожалению, в материалах обобщения, во вступивших в законную силу приговорах нередко отсутствуют ссылки на соответствующие нормативные акты. А ведь для вменения в вину того или иного преступного действия (бездействия) надо, чтобы лицо было ознакомлено с таким документом.
При рассмотрении уголовных дел о взяточничестве судам необходимо применять требование Пленума Верховного Суда РФ, сформулированное в п. 22 упомянутого Постановления от 16 октября 2009 г. N 19, что «при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных статьей 285 УК РФ или статьей 286 УК РФ, судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами, а также иными документами установлены права и обязанности обвиняемого должностного лица с приведением их в приговоре, и указывать, злоупотребление какими из этих прав и обязанностей или превышение каких из них вменяется ему в вину со ссылкой на конкретные нормы (статью, часть, пункт). При отсутствии в обвинительном заключении или обвинительном акте указанных данных, восполнить которые в судебном заседании не представляется возможным, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом».

Пристатейный библиографический список

1. Байрамкулов А.М. Уголовная ответственность сотрудников органов внутренних дел за преступления, совершаемые при исполнении служебных обязанностей. М.: Юрлитинформ, 2015.
2. Галахова А.В. Когда медицинский работник может стать субъектом должностного преступления // Вестник Российской правовой академии. 2016. N 1.
3. Дорофеев И.Н. Реорганизация органов внутренних дел России как предпосылка эффективной антикоррупционной политики. Уголовно-правовые и криминологические проблемы противодействия коррупции органами внутренних дел / Академия управления МВД России. М., 2011.