Договор гарантия на программное обеспечение

Обязаны ли мы предоставлять гарантии на выполнение работ по восстановлению программного обеспечения

В теплофикационной компании остановился котёл снабжённый системой автоматизированного управления внедрённой нашей фирмой много лет назад.Срок гарантии системы кончился 8 лет назад.

Директор компании прислал нам гарантирующее оплату письмо с просьбой срочно восстановить работу котла. Наш специалист восстановил работу котла. Был подписан совместный протокол о выполнении работы. Причиной останова котла был сбой параметров настройки системы, что элементарно устраняется путём их перезагрузки от сервера.

По требованию оплаты работ компания запросила счёт, далее дословно: «с гарантийным письмом на выполненные работы сроком на 12 месяцев (обязательное требование при заключении договоров на выполнение работ)». Главный энергетик компании заявил, что такое письмо затребовали их юристы.

1. Правомочна ли компания требовать такое письмо задним числом ?

2. Какие мы можем дать гарантии на работы по перезагрузке параметров настройки системы управления? Ведь по окончании работы был подписан протокол о том,что параметры восстановлены и котел работает.

Предоставив такие гарантии мы обязаны при любом останове котла отрывать сотрудников от основной работы и отправлять за 300 км выяснять причину останова, а при попытке затребовать за это оплату получим требование предоставлять новые гарантии.

Ответы юристов (9)

Вы не обязаны предоставлять гарантию на выполненные Вами работы.

Если до выполнения работ, это условие не было оговорено, письменно, то Вы вправе просто выставить счет на оплату без каких-либо гарантий.

Еще на всякий случай прикрепите к вопросу Письмо гарантирующее, может в нем что-то про гарантию указано.

Статья 722. Гарантия качества работы

1. В случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721).
2. Гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы.

По сути, выставлением Вам оферты и ее принятием Вами и выполнением работ был заключен договор, в котором не был, как я понял, оговорен гарантийный срок.

Статья 421. Свобода договора

1. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
2. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.
(в ред. Федерального закона от 08.03.2015 N 42-ФЗ)

3. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Статья 431. Толкование договора

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

С уважением! Г.А. Кураев

Есть вопрос к юристу?

1. Считаю, что представление гарантии в данном случае не обязательно должно Вами предоставляться. Вместе с тем, как замечено коллегой верно, по факту оплаты заключен договор между Вашими организациями

3. Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Ведь по окончании работы был подписан протокол о том, что параметры восстановлены и котел работает.

Ваша работа была ограничена исключительно перезагрузкой системы, в дальнейшем как я понимаю Вы просто не можете контролировать её работу, поскольку случайный сбой или некорретная работа с котлом возможна со стороны контрагента или просто ошибки программы.

Директор компании прислал нам гарантирующее оплату письмо с просьбой срочно восстановить работу котла.

Говоря юридическим языком, директор Вам прислал оферту на заключение договора.

Наш специалист восстановил работу котла.

А это означает, что Вы с данной офертой согласились:

Статья 438 ГК РФ. Акцепт

3. Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Договор в результате считается заключенным на условиях, изложенных в оферте, т.е. в гарантийном письме директора. Если там ничего про гарантию на выполненные работы нет, то гарантия может быть только по обоюдному согласию сторон.

С Уважением,
Олег Рябинин.

В принципе, если сбой в дальнейшем возможен исключительно вследствие

сбой параметров настройки системы

то как можно давать гарантии на такое весьма затруднительно. Тем более Вы оказывали услугу (по настройке ПО системы), а не работу. Так что можно считать услугу оказанной и на этом закрыть вопрос о гарантиях. Материального выражения данная ситуация не имеет, можно и с точки зрения услуги рассмотреть. Причём выполненной разово.

В идеале конечно надо видеть документы но если договором гарантия не предусмотрена то можете такое соглашение просто не подписывать.

У вас тут действует гк — ст о подряде- 722,723

И о договорах — свобода договора например.

У вас нет обязанности как в законе о защите прав потребителей оказывать такое обслуживание.

Счет за оказанные услуги они обязаны оплатить иначе Вы вправе пойти в суд

1. Правомочна ли компания требовать такое письмо задним числом ?

Здравствуйте. Право просить Вас дать какую-то гарантию на выполненные работы в принципе у компании конечно есть. Другое дело, что согласиться с этим или не согласиться — это Ваше право, поскольку вопрос гарантий при фактическом заключении договора путем обмена письмами и совершения конклюдентных действий, не оговаривался. Т.е. Вы можете давать такую гарантию, а можете и не давать:

ГК РФ Статья 722. Гарантия качества работы

1. В случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721).
2. Гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы.

Договором не предусмотрено, законом тоже нет.

2. Какие мы можем дать гарантии на работы по перезагрузке параметров настройки системы управления?

Я бы рекомендовал ответить, что указанная работа не требует предоставления каких-то гарантий и сослался на эту статью ГК РФ.

В дополнение, чтобы была ясность.

Как указано в цитируемой мною статье 722 ГК гарантия на результат работы может быть предусмотрена законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота.

Для потребителей такой закон есть, Закон о защите прав потребителей, в котором есть условия гарантии на работы.

В Ваших отношениях, такого закона нет.

То есть, условия гарантии должны были оговариваться при заключении Договора.

Если счет на оплату не будет оплачен, выставляйте письменную претензию.

В случае ее неудовлетворения иск в суд.

С уважением! Г.А. Кураев

то как можно давать гарантии на такое весьма затруднительно. Тем более Вы оказывали услугу (по настройке ПО системы), а не работу. Так что можно считать услугу оказанной и на этом закрыть вопрос о гарантиях. Материального выражения данная ситуация не имеет, можно и с точки зрения услуги рассмотреть. Причём выполненной разово.

прошу это не учитывать, принять во внимание первый ответ.

совместный протокол о выполнении работы.

если толковать дословно, то выполнена работ. Ст. 722 ГК РФ. Но в целом ответ по сути тот же самый. предоставление Вами гарантии в данной ситуации на Ваше усмотрение.

прошу это не учитывать, принять во внимание первый ответ.

хотя… всё-таки прошу учесть. Спасибо коллеге за поддержку. Да, прошу ответ засчитать.

Ищете ответ?
Спросить юриста проще!

Задайте вопрос нашим юристам — это намного быстрее, чем искать решение.

Лицензионный договор на программное обеспечение

Руководитель управления правовой защиты интеллектуальной собственности, Патентный поверенный № 1947

Патентный поверенный № 1947. Более 17 лет юридической практики.

Программное обеспечение (программы для ЭВМ) относится к объектам авторского права и не требует обязательной регистрации. Но на практике, регистрация программного обеспечения в Роспатенте позволяет разработчику (автору) подтвердить приоритет, исключительные права и беспрепятственно проводить любые операции по реализации и распространению программы. Узнать подробнее о государственной регистрации программ ЭВМ

Лицензионный договор на использование программы для ЭВМ

Одним из наиболее распространенных способов получения дохода от программного продукта является заключение лицензионного договора.

Лицензионный договор на программное обеспечение — это договор, согласно которому правообладатель (лицензиар) предоставляет право на использование своей интеллектуальной собственности другому лицу (лицензиату). Таким образом, автор программного обеспечения дает гарантию того, что не будет запрещать продажу, распространение или использование программы на условиях, предусмотренных договором. Это использование и называется лицензией.

Основными аспектами лицензионного договора являются:

  • размер и порядок получения вознаграждения за право использовать программный продукт
  • обязательства сторон, гарантии
  • территория и срок действия лицензионного договора на программное обеспечение
  • объем предоставляемых прав и другие условия

Обратите внимание, что в соответствии с законодательством, лицензионный договор на программное обеспечение не подлежит обязательной регистрации в Роспатенте (ФИПС).

Обращайтесь к профессионалам!

  • Патентное бюро
    • О нас
    • Услуги и цены
    • Клиенты
    • Инфо
    • Контакты
  • Товарные знаки
    • Регистрация товарного знака
    • Регистрация торговой марки
    • Регистрация логотипа
    • Международная регистрация
    • Реестр товарных знаков
  • Патентование
    • Патент на изобретение
    • Патент на полезную модель
    • Патент на промышленный образец
    • Патентный поиск
    • Патентные поверенные
  • Договоры
    • Лицензионный договор
    • Договор отчуждения
    • Договор коммерческой концессии
    • Договор авторского заказа
    • Залог исключительных прав
  • Услуги 1С Франчайзи
    внедрение, сопровождение, проекты по 1С
  • Линейка программ «Юрайт»
    программы для юристов и юридических фирм
  • Программы на 1С — «Финансист»
    автоматизация бюджетирования, казначейства, упр. учета
  • Услуги по независимой оценке
    оценка недвижимости, оборудования, бизнеса
  • Аудиторская фирма «WiseAdvice»
    аудиторские услуги по РСБУ и МСФО
  • 1С-ВайзЭдвайс
    бухгалтерские услуги, аутсорсинг, расчет зарплаты
  • Арбитражное адвокатское бюро «АРП»
    арбитраж, споры и конфликты, юридические услуги

Станция метро «Рязанский проспект», первый вагон из центра, из метро направо, дойти до супермаркета, затем еще раз повернуть направо. Вы увидите две розово-серые башни.
Клиентский отдел находится во-второй башне (от шлагбаума) на 6-м этаже. С поста охраны на первом этаже необходимо позвонить по внутреннему телефону 1506, затем с документом, удостоверяющим личность, подойти к охране.

Смотрите так же:  Увольнение в соответствии со ст.77

Из центра: на пересечении Рязанского проспекта и улицы Паперника развернуться на круге и повернуть на ул. Паперника. После второй автобусной остановки, не доезжая моста, повернуть во дворы. Либо ехать дальше по улице Паперника, после моста объехать авто заправку и свернуть на улицу Вострухина, затем на 4-й Вешняковский проезд.

В центр: не сворачивая с Рязанского проспекта, проехать чуть дальше станции метро «Рязанский проспект», развернуться на круге, затем проехать в обратную сторону и повернуть на втором повороте.

Лицензионный договор на программы

Как составить лицензионный договор на программное обеспечение Пример и комментарии по договору

Пример составления Лицензионного договора на программы для ЭВМ в Магазине готовых решений.

1. Предмет лицензионного договора на ПО

1.1. Лицензиар предоставляет Лицензиату по настоящему Договору право использования программного обеспечения (далее по тексту – «Продуктов»), указанных в Приложениях (Спецификациях) к настоящему Договору, на условиях на условиях простой (неисключительной) лицензии, а Лицензиат обязуется выплачивать Лицензиару предусмотренное настоящим Договором вознаграждение.

Существенные условия лицензионного договора на программное обеспечение, без которых он не считается заключенным, составляют положения о лицензируемом объекте, разрешенных способах его использования и размере либо порядке определения лицензионного вознаграждения. Поэтому при составлении лицензионного договора на программы, прежде всего, необходимо уделять внимание согласованию и включению в него указанных выше обязательных условий.

Иные положения лицензионного договора на программы являются факультативными, т.е. в случае их отсутствия применяются нормы законодательства и обычаи делового оборота, которые восполняют пробелы. Однако это не означает, что они менее значимы для сторон с точки зрения обеспечения надлежащего исполнения обязательств по договору.

Различают лицензионные договоры с условием о предоставлении исключительной лицензии и простой (неисключительной) лицензии.

Под исключительной лицензией подразумевается предоставление Лицензиату права использования программного обеспечения без сохранения за Лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам. При этом если в лицензионном договоре не предусмотрено иное Лицензиар (правообладатель) сохраняет право самостоятельного использования такого программного обеспечения теми же способами, в течение того же срока и на той же территории, что и лицензиат. Следует обращать на это внимание и при необходимости отдельно вводить ограничение права Лицензиара на самостоятельное использование таких программ.

И наоборот неисключительная лицензия подразумевает предоставление Лицензиату права использования программных продуктов с сохранением за Лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам. По умолчанию (то есть если в лицензионном договоре не предусмотрено иное), выданная лицензия считается неисключительной.

1.2. По настоящему Договору Лицензиар разрешает Лицензиату использовать Продукты с даты подписания соответствующего Приложения (Спецификации), в котором они упомянуты, до окончания срока действия настоящего Договора (далее – «Срок»).

По желанию сторон можно определить срок лицензии указанием на определенный период времени (месяц, квартал, год) либо распространить его на весь период действия исключительного права на передаваемое программное обеспечение.

Ссылка на бессрочность предоставляемой лицензии, на наш взгляд, некорректна, т.к. срок действия исключительного права на программы и базы данных всегда ограничен. При этом согласно положениям п.4 ст.1235 ГК РФ, срок лицензионного договора не может превышать срок действия исключительного права.

Если срок лицензионного договора на программы (лицензии) не определен, договор считается заключенным на 5 (пять) лет. Поэтому вы можете столкнуться с ситуацией, когда желали оформить лицензию на весь срок действия исключительного права, а по факту она прекратится через пять лет после заключения договора, поскольку указание на бессрочность, порождает неопределенность срока.

1.3. Лицензиар разрешает Лицензиату использовать Продукты на территории, указанной в относящемся к таким Продуктам Приложении (Спецификации) к Договору (далее – «Территория»).

В случае отсутствия в лицензионного договоре на ПО указания на конкретную территорию, в пределах которой разрешено использование передаваемого программного обеспечения, применяются положения закона о возможности его использования на всей территории России (тем самым из территории исключаются иные страны).

1.4. В пределах Территории и Срока, предусмотренных настоящим Договором, Лицензиар разрешает Лицензиату использовать Продукты следующими способами:

Содержательно лицензионные договоры на программы различаются в зависимости от целей лицензирования. Как правило, выделяют две основные цели:

1) использование в собственной хозяйственной деятельности Лицензиата по функциональному назначению (договор с конечным пользователем), либо

2) распространение программы Лицензиатом в виде самостоятельного продукта либо в составе иного (производного или составного) продукта (договор с дистрибьютором).

В зависимости от этого в лицензионном договоре определяются допустимые способы использования программ и баз данных.

Например, для первого варианта может быть вполне достаточно разрешения на воспроизведение (синонимы: запись, копирование, установка или инсталляция), запуск и функциональное использование.

Тогда как второй вариант требует детальной проработки требований к порядку использования ПО в зависимости от вариантов его дальнейшей дистрибуции. Так для распространения готового программного продукта может дополнительно потребоваться право на распространение, доведение до всеобщего сведения (этот способ касается передачи/загрузки дистрибутивов по сети Интернет).

В случае создания на основе лицензионного программного обеспечения новой версии продукта либо включения в состав программного комплекса необходимо получить право на переработку (модификацию) и т.д.

С общим перечнем способов (прав) использования произведений можно ознакомиться в ст.1270 ГК РФ.

При этом необходимо обратить внимание на жесткое ограничение, согласно которому право использования программного обеспечения, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным Лицензиату (см. п.1 ст.1235 ГК РФ). Таким образом, условие о способах использования программ для ЭВМ и баз данных нельзя формулировать путем указания на «все» права или путем исключения отдельных прав. В таком случае лицензионный договор не будет считаться заключенным.

2. Предоставление прав на использование программ по лицензионному договору

2.1. Лицензиар обязан предоставить Лицензиату экземпляры Продуктов на материальных носителях либо направить их Лицензиату сетевым способом по согласованию сторон не позднее 10 (десяти) дней с момента подписания соответствующего Приложения (Спецификации).

Как правило, право использования программ предоставляется одновременно с передачей их экземпляров. Для упорядочения отношений сторон передачу экземпляров и прав желательно оформить документально в виде двустороннего акта либо почтовой квитанцией /накладной об их отправке Лицензиату. В связи с отсутствием общих устоявшихся правил по данному поводу, процедура приемки-передачи должна быть детализирована в лицензионном договоре.

Особое значение документальное подтверждение передачи экземпляров и предоставления прав на программное обеспечение приобретает по внешнеэкономическим контрактам, где одной из сторон является нерезидент. В такой ситуации возникает необходимость соблюдения валютного законодательства, которое требует предоставления документов о фактическом исполнении договора.

3. Лицензионное вознаграждение за использование программ

3.1. Лицензиат обязуется уплачивать Лицензиару вознаграждение за право использования или/и использование прав на Продукты, предоставленные Лицензиату в соответствии условиями Договора.

3.2. Размер лицензионного вознаграждения или способ его определения, сроки и порядок выплаты согласуется Сторонами в Приложении (Спецификации), касающемся соответствующих Продуктов.

Существует масса вариантов определения вознаграждения по лицензионному договору. Конкретные условия о лицензионном вознаграждении зависят от цели заключения договора.

В случае оформления договора с конечным пользователем лицензионное вознаграждение обычно устанавливается в фиксированной сумме, которые может выплачиваться единовременно или в рассрочку.

По договору с дистрибьютором (реселлером) возможна выплата фиксированной суммы вознаграждения за каждый распространённый экземпляр или доли в доходе от его распространения. Могут устанавливаться различные порядок и сроки выплаты вознаграждения.

В последнем случае для расчета суммы вознаграждения на Лицензиата возлагается обязанность по предоставлению подробных отчетов о порядке использования лицензированных продуктов.

4. Отчетность по лицензионному договору

Важный раздел для лицензионных договоров , направленных на последующее распространение программных продуктов , поскольку размер лицензионного вознаграждения в них, как правило, связан с результатами деятельности Лицензиата.

Здесь необходимо согласовать форму, сроки и порядок предоставления отчетов, оформления актов по окончании отчетных периодов, обязанность по надлежащему ведению учета операций с лицензионными программными продуктами, хранению документации и предоставлению к ней доступа по требованию Лицензиара.

5. Гарантии по лицензионному договору

Типичный раздел для любых видов лицензионных договоров на программное обеспечение. Обычно включает подтверждение наличия прав на программные продукты, легальности их предоставления по договору и принятии Лицензиаром на себя разрешения возможных споров и компенсации ущерба в связи возможным нарушением исключительных прав третьих лиц в связи с использованием продуктов. Данные положения направлены на защиту интересов Лицензиата.

В целях ограничения ответственности Лицензиара здесь же обычно указывается, что программные продукты предоставляются «как есть», т.е. без обязательств о пригодности продуктов для целей Лицензиата или совместного использования с определенным программным обеспечением и аппаратными средствами и т.п.

6. Заключительные условия лицензионного договора

Здесь необходимо предусмотреть положения об ответственности, форс-мажоре, арбитраже, конфиденциальности и прочие общие для разных видов договоров условия.

Договор на разработку программного обеспечения

Как составить договор на разработку программного обеспечения Образец и комментарии

Пример составления Договора на разработку программного обеспечения на основе готовых решений.

1. Предмет договора на разработку программ для ЭВМ

1.1. Разработчик обязуется создавать (в том числе модифицировать) и передавать Заказчику программы для ЭВМ и/или базы данных (далее по тексту – «Продукт» или «Продукты») с одновременным отчуждением Заказчику исключительного права на такие Продукты в полном объеме, а Заказчик обязуется принимать Продукты и исключительное право на них и оплачивать на условиях настоящего Договора.

Такой предмет договора на разработку программного обеспечения позволяет его использовать не только в случае создания программ для ЭВМ и баз данных в полном объеме одним разработчиком, но и для привлечения разработчика на определенном этапе работ совместно с другими авторами, изменения программного обеспечения, дополнения его отдельными модулями расширения или компонентами.

1.2. Продукты создаются в соответствии с Техническими заданиями Заказчика, которые оформляются в виде отдельных приложений к настоящему Договору и становятся его неотъемлемой частью с момента подписания Сторонами.

Данная формулировка поможет сделать отношения сторон с рамках проекта более гибкими и при этом достигается необходимая определенность существенных условий договора на разработку ПО .

Далее решается вопрос, под каким наименованием разрешается использовать Продукт, должно ли указываться имя автора Продукта при всяком его использовании.

Поскольку работы по созданию программного обеспечения облагаются НДС в отличие от предоставления права использования программного обеспечения на основании чистого лицензионного договора или договора отчуждения исключительного права на ПО, которые освобождены от НДС на основании пп.26 ст.149 НК РФ, в предмет настоящего договора также необходимо включить пункт, что договор на разработку программного обеспечения является смешанным, а потому к нему не применяется норма о льготе по НДС.

2. Порядок сдачи-приемки программного обеспечения

Данный раздел Договора на заказную разработку ПО имеет важное значение для обеспечения соответствия результатов работ потребностям и ожиданиям Заказчика, а также соблюдения интересов Разработчика в части объемов выполнения работ и их окончательной стоимости.

2.1. Заказчик вправе ознакомиться у Разработчика с ходом работ на любом этапе создания Продукта.

Для обеспечения качества работ необходимо обеспечить контроль со стороны Заказчика.

2.2. Если во время создания Продукта возникает необходимость внести какие-либо изменения в задание или другие изменения в условия Договора, то такие изменения оформляются письменным соглашением Сторон.

Можно предусмотреть иной порядок согласования изменений, в том числе путем обмена письмами, в рамках планирования или приемки промежуточных результатов работ.

2.3. По завершении работ и/или отдельного этапа работ Разработчик предоставляет Заказчику исходный текст и объектный код Продукта (в том числе его части) на оптическом диске или посредством сети связи с сопутствующей технической документацией и руководствами по использованию.

Важный пункт для Разработчика в целях подтверждения сдачи промежуточных этапов работ и требования их оплаты. Для Заказчика также важно получать промежуточные результаты для проверки качества, тестирования, внесения необходимых изменений в ход работ.

2.4. Заказчик не позднее двух дней с момента извещения Разработчиком о готовности Продукта обязуется принять и протестировать представленный Разработчиком Продукт.

Смотрите так же:  Требования к призывникам по родам войск

Пункт важен в первую очередь для Разработчика программного обеспечения.

2.5. После принятия Заказчиком решения о соответствии Продукта требования задания Стороны составляют акт сдачи-приемки выполненных работ. В случае мотивированного отказа Заказчика подписать акт сдачи-приемки Сторонами составляется двусторонний акт с указанием необходимых доработок и сроков их выполнения.

Здесь заложена модель приемки окончательных результатов работ в пользу Заказчика, т.к. он может мотивированно настоять на доработке переданного ему программного обеспечения. Однако это будет достаточно сложно сделать, в случае приемки промежуточных этапов без соответствующих оговорок (см. пункт выше).

Далее в разделе необходимо решить вопрос о правах на промежуточные и окончательные результаты разработок. Если не согласовать иное, Разработчик может создать массу промежуточных версий ПО с приоритетом по дате создания, воспользовавшись финансированием Заказчика. В таком случае Заказчик получит исключительное право только на окончательный результат, а за Разработчиком сохранятся права на массу клонов.

Также возможна ситуация с последующим использованием наработок. Поэтому в договоре на разработку ПО нужно решить вопрос о возможности или запрете использования Разработчиком полученных результатов работ в будущем для создания новых версий Продуктов для себя или третьих лиц.

Здесь же необходимо определить момент перехода исключительного права на созданное по договору программное обеспечение, т.к. это важно для целей бухгалтерского и налогового учета (особенно при осуществлении приемки промежуточных этапов работ).

3. Цена договора и порядок расчетов по договору на разработку ПО

Данный раздел договора имеет существенное значение для обеспечения качества и сроков выполнения работ, обоснования расходов Заказчика для целей налогообложения и обеспечения полной и своевременной оплаты работ в интересах Разработчика.

Возможна масса вариантов определения стоимости работ по созданию программного обеспечения :

Порядок оплаты также имеет множество вариантов от 100% предоплаты, до оплаты в рассрочку по завершении определенных этапов работ или сдачи результатов в окончательном виде, или по итогам отчетного периода.

4. Ответственность сторон по договору на создание ПО

5. Разрешение споров

Важный раздел договора, поскольку выполнение обязательств и действительность санкций напрямую зависит от возможности их принудительного исполнения.

6. Конфиденциальность

Существенный раздел, поскольку при подписании Договора и в ходе его выполнения стороны будут обмениваться различной информацией, которая имеет коммерческую ценность в силу ее неизвестности третьим лицам.

Разработчики программного обеспечения попали под «необоснованное обогащение»

Должен ли разработчик программного обеспечения передавать заказчику не только права на использование программ, но и сами дистрибутивы? Что является «стандартным программным решением», а что принципиально новым ПО? Может ли «расщепление» договора заказа защитить от возврата средств при его ненадлежащем исполнении? Ответ на эти вопросы искал АСГМ, на втором круге рассматривая иск «Евросети» к «Винкор Никсдорф».

ООО «Евросеть-Ритейл» решило заказать программное обеспечение для 8000 салонов по всей России у ООО «Винкор Никсдорф», и 8 августа 2011 года стороны заключили два взаимосвязанных договора: сублицензионный договор о предоставлении права использования программного продукта (простая (неисключительная) лицензия и договор на настройку и внедрение программного обеспечения. Согласно их условиям, разработчик должен был передать заказчику права использования копий программ для ЭВМ по электронным каналам связи и установить их на оборудование «Евросети». Компания в ответ обязалась выплатить вознаграждение за переданный комплекс программ, принять и оплатить работы по его внедрению и настройке. Перечень ПО из 11 пунктов, его стоимость и сроки оплаты определялись в приложении № 1 к сублицензионному договору. Сумма вознаграждения составила €3,75 млн. «Винкор Никсдорф» свои обязательства по передаче ПО выполнило, что подтверждается подписанным актом передачи и приемки прав использования программ для ЭВМ от 8 сентября 2011 года, «Евросеть» же должна была перечислить деньги до 24 августа 2012 года. Однако к указанной дате разработчик получил лишь €2,017 млн (54 % вознаграждения, около 81,28 млн руб. по тогдашнему курсу).

Однако в ходе совместной работы у сторон возник конфликт. П ретензии заключались в том, что в сентябре 2011 года «Винкор Никсдорф» передало «Евросети» права на стандартный программный продукт, но сами экземпляры (копии) ПО, то есть дистрибутивы, переданы не были. Кроме того, заказчиков не устраивали скорость и качество работы. В декабре 2011-го был подготовлен первый прототип программного обеспечения на базе решения для магазина и окончены этапы функционального анализа и технического проектирования, а в марте – июне 2012 года запущен пилотный объект с решением, обучены сотрудники «Евросети». 8 июня 2012 года заказчик направил разработчику письмо, в котором говорилось, что, если работы не будут сданы до 1 октября 2012 года, ООО «Евросеть-Ритейл» потеряет интерес к результату выполнения работ, будет вынуждено вернуть лицензию (права использования по лицензионному договору) и расторгнуть договор. 12 марта 2013 года «Евросеть» направила разработчику письмо, в котором сообщила о расторжении сублицензионного договора в одностороннем порядке в течение 30 рабочих дней с даты получения уведомления, а 17 июня предложила расторгнуть договор на настройку ПО, с чем тот не согласился и обратился в суд (дело № А40-45539/2013).

21 февраля 2014 года АСГМ рассмотрел исковое заявление ООО «Винкор Никсдорф», которое требовало взыскать с ООО «Евросеть-Ритейл» задолженность по договору о предоставлении права использования программного продукта в размере €1,906 млн (из которых €1,733 млн – основной долг, а еще €173254 – пени в рублях по курсу ЦБ РФ на дату исполнения судебного акта), а также встречный иск «Евросети» о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 81,3 млн руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 5,5 млн руб. (ст. 395 ГК РФ).

Нет доказательств – нет оплаты

В тот день не повезло ни одной из сторон – решением судьи Максима Ведерникова в удовлетворении обоих исков было отказано. В п. 3.1. сублицензионного договора говорилось, что сублицензиат вправе расторгнуть его в одностороннем внесудебном порядке по собственному усмотрению, письменно известив об этом сублицензиара за 30 рабочих дней до даты расторжения договора, чем «Евросеть» и воспользовалась. «Каких-либо условий об обязанности произвести оплату по договору о предоставлении права использования программного продукта (простая (неисключительная) лицензия) от 8 августа 2011 года, в случае его расторжения по основаниям, установленным в п. 3.1., спорный договор не содержит», – указал суд.

Согласился суд и с тем, что без передачи дистрибутивов сублицензионный договор нельзя считать исполненным. Допрошенный на заседании сотрудник ООО «Евросеть-Ритейл», подпись которого стоит в акте, пояснил, что не проверял, состоялась ли фактическая передача и установка программ, а документ подписал по распоряжению руководства. «Суд пришел к выводу, что надлежащих доказательств, свидетельствующих об исполнении обязательств по передаче программного обеспечения в соответствии с условиями п. 7.2 договора в полном объеме в материалы дела не представлено, что, в свою очередь, явилось причиной неисполнения обязательств по договору на настройку и внедрение программного обеспечения в полном объеме и основанием для расторжения сублицензионного договора, в порядке предусмотренном п. 3.1 указанного договора», – сказано в решении.

Отказывая в удовлетворении иска «Евросети», суд сослался на ст. 453 ГК РФ, где говорится, что при расторжении договора обязательства сторон прекращаются. А также отметил, что полученную «Винкор Никсдорф» сумму нельзя посчитать неосновательным обогащением, что доказывают доводы, приведенные в исковом заявлении заказчика. В частности, там сказано, что разработчику, пусть и с серьезным нарушением сроков, удалось завершить лишь первый ознакомительный этап договора на внедрение – функциональный дизайн. После оплаты этого этапа «Винкор Никсдорф» без объяснения причин не приступил к выполнению следующих этапов. «Таким образом, суд усматривает, что частичная передача спорного ПО подтверждается доводами самого истца по встречному иску. Поскольку денежные средства были уплачены в качестве исполнения встречных обязательств по договору (обязательств по оплате), спорная сумма не может быть признана судом неосновательным обогащением, применительно к положениям ст. 1102 ГК РФ», – сказано в решении. Кроме того, суд посчитал, что не полученная заказчиком возможность использования ПО является следствием неполного исполнения обязательств по договору внедрения, а не по лицензионному договору. И взыскание упущенной выгоды по нему должно стать предметом отдельного судебного разбирательства. «Указанная позиция суда подтверждается материалами дела. Так, ООО «Евросеть-Ритейл» было подано встречное исковое заявление о взыскании суммы убытков по договору на внедрение ПО, которое определением от 12 августа 2013 года было судом возвращено заявителю ввиду отсутствия оснований для его принятия в качестве встречного искового заявления, предусмотренных ст. 132 АПК РФ. Названное определение было сторонами обжаловано в апелляционном и кассационном порядке. Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 19 декабря 2013 года определение суда оставлено в силе», – указал АСГМ.

Неосновательное обогащение: было или не было?

23 мая 2014 года тройка судей 9-го ААС под председательством Ольги Чепик рассмотрела апелляционные жалобы «Евросети» и «Винкор Никсдорф». Коллегия согласилась с выводами суда первой инстанции о том, что предметом договора является не только предоставление права использования ПО, но и его непосредственная передача заказчику. «Спорный договор не может быть признан надлежаще исполненным в отсутствие доказательств передачи программного обеспечения в полном объеме», – сказано в постановлении, при этом акт приема-передачи доказательством надлежащего исполнения договора суд не посчитал, поскольку в нем о передаче дистрибутивов не сказано ни слова. Так как разработчик не исполнил условия договора, оснований для удовлетворения его иска нет, постановила апелляция.

А вот встречный иск «Евросети», наоборот, был удовлетворен. Суд счел, что в рамках данного дела допустимо применение ст. 1102 ГК РФ, в соответствии с которой, разработчик обязан возвратить заказчику неосновательно приобретенное или сбереженное имущество, а также проценты за пользование им. А также указал, что спор рассматривался именно в рамках сублицензионного договора и средства, которые «Евросеть» требует вернуть, выплачивались по нему, а не по договору внедрения. Так как сумму в 81,3 млн руб. «Винкор Никсдорф» не оспаривало и доказательств ее возврата не предоставило, суд постановил, что разработчик должен вернуть полученные средства и 5,5 млн руб. процентов.

Разработчик с вынесенным постановлением не согласился и обжаловал акты судов первой и второй инстанций в Суд по интеллектуальным правам. 15 октября 2014 года СИП их отменил и направил дело на новое рассмотрение в АСГМ, указав на необходимость установить и исследовать все существенные для правильного рассмотрения дела обстоятельства, дать надлежащую оценку доказательствам, представленным в подтверждение надлежащего исполнения обязательств сторонами сублицензионного договора в их совокупности и взаимосвязи, а также исследовать наличие условий для возникновения обязательств из неосновательного обогащения, в соответствии с требованиями закона, проверить расчет суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Новое ПО или «стандартный продукт»?

В ходе повторного рассмотрения дела в Арбитражном суде города Москвы «Евросеть» уточнила исковые требования, пересчитав проценты за пользование чужими денежными средствами. Эта сумма была увеличена до 7,7 млн руб.

И снова суд пришел к выводу, что оснований для удовлетворения первоначального иска «Винкор Никсдорф» не имеется, с указанием на прекращение обязательств сторон после расторжения договора и на то, что без передачи дистрибутивов он не может считаться исполненным. Однако, исполняя указания суда кассационной инстанции, судья Ведерников допросил дополнительно вызванных свидетелей по делу с обеих сторон. Выяснилось, что у заказчика и исполнителя разные точки зрения относительно того, какой продукт «Евросеть» должна была получить на выходе. Так, Л. Орлов, старший разработчик «Винкор Никсдорф», пояснил, что по сублицензионному договору заказчику предоставлялся некий «стандартный программный продукт», который фактически мог бы быть использован ответчиком в соответствующей хозяйственной деятельности. Однако А. Талалыкин, директор Департамента информационных технологий ООО «Евросеть-Ритейл», и его подчиненный М. Глаголев, который руководил внедрением проекта, пояснили, что использование «стандартного программного продукта» учитывая специфику деятельности «Евросети», невозможно и не являлось целью заключения договоров. «При такой постановке вопроса спорные договоры вообще не были бы заключены, поскольку фактической целью их подписания являлось получение конечного готового к использованию программного продукта с требуемым функционалом и наполнением», – цитирует АСГМ показания свидетелей в решении, датированном 11 ноября 2015 года. Представители разработчика настаивали на том, что все же адаптировали для нужд «Евросети» некое «базовое» ПО путем «наращивания функциональности».

Смотрите так же:  Лицензия профспецтранс 2019

Суд с этим не согласился, указав в решении, что целью заключенных договоров было получение «Евросетью» права использования нового программного продукта. Сублицензионный договор и договор на настройку фактически регулируют единые правоотношения по созданию нового программного продукта и передаче прав на него, не разделяя процесс исполнения по ним. Например, в переписке, предшествующей заключению договоров, представители сторон рассматривают цену за работы и лицензии как цену по единому контракту. О взаимосвязи документов в суде кассационной инстанции говорили и представители «Винкор Никсдорф», утверждавшие, что исполнение договора на настройку является доказательством исполнения сублицензионного договора. Суд признал, что договоры в совокупности отражают суть договора заказа, а именно такая форма их заключения заказчику навязана разработчиком как некая стандартная схема. Кроме того, согласно п. 31 постановления Пленума ВС РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26 марта 2009 года «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», переработка произведения предполагает создание нового (производного) произведения на основе уже существующего. Модификация ПО путем внесения в него новых модулей является частным случаем переработки, посчитал суд. Кроме того, «Евросеть» неоднократно заявляла, что собиралась приобрести лицензию на продукт на 8000 салонов связи и «не имело смысла приобретать 8000 лицензий на стандартное решение программного продукта, поскольку стандартное решение не могло использоваться для целей ООО «Евросеть-Ритейл». Еще одно доказательство – переписка разработчика и заказчика, в которой они не могли прийти к единому мнению о составе ПО и включении в него тех или иных модулей, что тоже не говорит о продукте как о «стандартном».

Для того чтобы окончательно определить, какой же продукт исполнитель собирался передать заказчику, суд неоднократно предлагал сторонам провести экспертизу спорного ПО. «Евросеть», которая заявляла соответствующее ходатайство, представила копии переданных программ, но «Винкор Никсдорф» этого не сделал, посчитав, что в проведении экспертизы нет необходимости. А это «в соответствии с указаниями Суда по интеллектуальным правам, по мнению суда, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных в рамках первоначального иска требований», говорится в решении АСГМ.

Нужны ли дистрибутивы?

Еще одним важным вопросом было: а передавался ли «Евросети» по факту хоть какой-то программный продукт (базовый или модифицированный) и необходимо ли было отдавать дистрибутивы, ведь предметом сублицензионного договора являются действия лицензиара по передаче «права использования результата интеллектуальной деятельности в пределах прав и способов использования, предусмотренных договором». Пункт 1.1 заключенного сублицензионного договора предусматривает, что сублицензиар за вознаграждение предоставляет сублицензиату право использования копий программ для ЭВМ, перечисленных в спецификации, и передает ему программный продукт по электронным каналам связи, далее – дистрибутив. То есть «обязанность передать программный продукт у сублицензиата существует; указанная обязанность должна была быть исполнена одновременно с передачей прав на программный продукт», сказано в решении суда.

«Винкор Никсдорф» указывало, что доказательством исполнения обязательств по договору является акт приема-передачи, но суд, изучив документ, пришел к выводу, что это не так. «В каждой из 14 позиций акта указаны слова «право на…» и название программы, право на которую передается по акту. Пункт 7.3 сублицензионного договора действительно предусматривает, что акт приема-передачи прав использования программного продукта подписывается одновременно с получением ООО «Евросеть-Ритейл» программного продукта. Тем не менее предполагаемость передачи программного продукта не освобождает ООО «Винкор Никсдорф» от самой передачи программного продукта», – указано в решении. Между тем в ходе судебного разбирательства по делу представители заказчика не раз говорили о том, что передача программного продукта не состоялась ни в момент подписания акта, ни когда-либо еще. Стороны подписали акт приема-передачи прав использования программного продукта без передачи самого программного продукта, что подтверждается представленной суду электронной перепиской между ответчиком и истцом.

Верните деньги «Евросети»!

«Суд пришел к выводу, что факт передачи программного продукта в соответствии с условиями спорных договоров (стандартного, модифицированного нового) документально не подтвержден, фактически система (программный продукт, стандартный программный продукт, программное обеспечение и т. п.) не была передана в объеме и форме, пригодных к фактическому использованию, не была установлена, настроена, запущена и введена в эксплутатцию, не прошла какое-либо тестирование, в хозяйственной деятельности ответчиком по первоначальному иску не использовалась, какого-либо результата интеллектуальной деятельности, пригодного к использованию в хозяйственной деятельности ООО «Евросеть-Ритейл», в соответствии с целями заключенных договоров, последним не получено. При таких обстоятельствах, требования о взыскании суммы задолженности по сублицензионному договору от 8 августа 2011 года, а также суммы договорной неустойки, не могут быть признаны обоснованными. Таким образом, требования ООО «Винкор Никсдорф», заявленные в рамках первоначального иска, подлежат отклонению в полном объеме», – делает вывод судья Ведерников.

Что же касается встречных исковых требований, то, поскольку суд установил, что спорный сублицензионный договор не может быть признан надлежаще исполненным, а после был расторгнут, полученные по нему 81,3 млн руб. являются неосновательным обогащением ООО «Винкор Никсдорф» и должны быть возвращены «Евросети». Взыскал суд и запрошенную сумму процентов за пользование чужими денежными средствами, полностью удовлетворив встречный иск.

Чем интересен спор

Значимость дела для судебной практики оценили эксперты «Право.ru». «В судебном решении сделано два вывода, важных для последующей судебной практики: для исполнения лицензионного договора при передаче прав использования программы для ЭВМ необходима передача дистрибутива, и договорные схемы компаний – разработчиков программ по заключению лицензионных договоров на стандартный продукт с последующей донастройкой могут трактоваться как заключение договора заказа на программу ЭВМ с последующей передачей прав использования на новую модифицированную программу заказчику, если это следует из сути отношений», – комментирует Анастасия Тараданкина из коллегии адвокатов «Делькредере», которая в данном процессе выступала на стороне «Евросети».

По ее мнению, до настоящего времени в судебной практике не было высказано однозначных мнений о том, можно ли считать лицензионный договор исполненным, если права на программу ЭВМ переданы (подтверждено актом), но не передан дистрибутив. В отличие от таких результатов интеллектуальной деятельности, как, например, художественное произведение, произведение искусства, которые находятся в публичном доступе и, соответственно, можно использовать, программу ЭВМ невозможно использовать без передачи дистрибутива или получения удаленного доступа к нему. Эту специфику учли суды в настоящем деле. В постановлении кассационной инстанции СИП указал, что «передача объективного выражения программного продукта подразумевается совместно с передачей права использования», то есть является необходимым для признания лицензионного договора исполненным со стороны лицензиара. К этому же выводу пришел и суд первой инстанции в новом решении.

Вторая проблема заключается в том, что на практике компании-разработчики программ часто продают заказчикам сначала лицензию на существующую стандартную программу, потом – по отдельному договору дорабатывают ее до нужд заказчика (фактически разрабатывают новую программу на базе своей стандартной). Они навязывают такую договорную схему заказчикам, чтобы получить гарантированную большую часть прибыли на входе в проект (за якобы передаваемую лицензию на стандартный продукт), сняв с себя риски, связанные с неразработкой заказанной модифицированной версии. Такая схема была использована истцом в настоящем деле. Суд оценил данную договорную схему, исходя из цели заключения взаимосвязанных договоров (лицензионного и на настройку), и пришел к выводу, что договоры направлены на разработку и получение прав использования на новый модифицированный продукт. Так как не были переданы ни дистрибутив на стандартный продукт, ни дистрибутив на модифицированную программу ЭВМ, суд отказал истцу в иске о взыскании задолженности по лицензионному договору.

Павел Катков, старший партнер юрфирмы «Катков и партнеры», не уверен в том, что результаты данного спора можно использовать во всех аналогичных делах, поскольку считает, что значение факта передачи результата интеллектуальной деятельности зависит от вида объекта, условий договора, а также обстоятельств и формы передачи. «Так, если бы речь шла не о ПО, а, скажем, об общественном объекте (например, литературном произведении), значение передачи конкретной разработки (в случае с ПО – ядра, программного кода) было бы значительно ниже. При этом обстоятельства каждого дела имеют высокую степень индивидуальности, в связи с чем использование выводов данного дела в других, новых делах данной категории будет зависеть от их обстоятельств: о каком объекте идет спор, каковы условия договора и при каких обстоятельствах передавался или не передавался акт», – считает юрист.

Александра Чиликова, младший партнер «Кульков, Колотилов и партнеры», говорит о том, что позиция суда по делу не нова. К выводу о том, что передача прав по лицензионному договору без передачи самого дистрибутива программы не является надлежащим исполнением лицензионного договора, в российской практике суды уже приходили (см., например, дело № А40-102674/2011). «Однако, чем примечательно именно данное дело, обязательства по передаче прав и настройке ПО были «расщеплены» сторонами на два договора – сублицензионный и договор на настройку и внедрения ПО – и, даже несмотря на это, суд признал исполнение обоих договоров ненадлежащим, установив, что общей волей сторон при заключении этих договоров являлась передача модифицированного программного продукта лицензиату. Такой отход от формализма продолжает положительную тенденцию в практике российских судов. Также примечателен абстрактный вывод суда о том, что обязанность по передаче программного продукта подразумевается при передаче права на использование программы лицензиату, так как в противном случае предмет сублицензионного договора «теряет всякий смысл». Подобная мотивировка может быть полезна в ситуациях, когда в лицензионном договоре обязанность передать дистрибутивов прямо не предусмотрена», – считает Чиликова.

Суд учел специфику разработки сложного программного продукта для нужд крупной компании, которая обычно состоит в модификации и доработке уже существующих программных модулей под нужды конкретного клиента, считает Олег Чунарев, юрист из «Некторов, Савельев и партнеры». «В решении содержится ряд важных позиций. Во-первых, суд по интеллектуальным правам четко указал, что передача прав на программный продукт подразумевает передачу экземпляра произведения. Арбитражный суд отказал в требованиях разработчика ПО прежде всего по мотиву того, что тот не предоставил акт приема-передачи самого программного продукта, в связи с чем лицензионный договор не может считаться исполненным. Во-вторых, суд рассмотрел дело с позиции, схожей с делами по защите прав потребителей или в договорах присоединения. Суд отметил, что разработчик является профессионалом на рынке ПО, поэтому толкование условий договоров должно осуществляться в пользу заказчика исходя из сути его фактических намерений. По мнению суда, «Евросеть» не имела интереса получить стандартный программный продукт, права на который ей были переданы, интересы «Евросети» заключались в получении лицензии на готовый продукт, модифицированный под нужды заказчика, для установки в 8000 салонов. При этом передачу тестовых образцов программы суд не счел исполнением договора. Позиция суда представляется обоснованной и востребованной российским рынком ПО, юристам компаний стоит уделять внимание актированию передачи экземпляров произведений при их удаленной разработке», – комментирует он.