История получения взятки

История получения взятки

История борьбы со взяточничеством (путем установления серьезного наказания за данное преступление) уходит далеко в прошлое нашего государства. После судебника Русской Правды, с усилением княжеской власти народная юстиция начала терять мало-помалу свое прежнее значение, и к периоду действия Судебников вся деятельность народа сосредоточивается в руках дьяков — это были юристы, хорошо знакомые со всеми вылазками и больными местами законов. Их деятельность вела к страшнейшему взяточничеству и лихоимству. Такие преступления по службе: взяточничество, лихоимство, отказ в правосудии—и обращают на себя первое и главное внимание законодательства. Судебник Царя Ивана IV начинается и оканчивается ополчением законодателя против неправосудия и посулов [1] .

Наиболее полно ответственность за взяточничество стала регулироваться в XIX веке. Получение взятки тогда именовалось «мздоимством» и «лихоимством» (последнее считалось наиболее тяжким видом взяточничества). Глава 6 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных (в редакции 1885 года) так и называлась: «О мздоимстве и лихоимстве». Мздоимство есть принятие должностным лицом взятки, добровольно предложенной, в виде вознаграждения за оказание служащим служебной услуги, не выходящей за границы его полномочий. Наказание — от денежного взыскания до отрешения от должности. Значительно строже карается (до арестантских отделений) лихоимство, т. е. принятие служащим вознаграждение за действия, нарушающие служебные обязанности. Самой тяжелой степенью лихоимства признается вымогательство, т. е. вынуждение взятки самим служащим [2] .

В ст. 376 Уложения указывалось, что наказание за получение взятки следует и в том случае, если деньги или вещи были еще не отданы, а только обещаны «по изъявленному им (виновным) на то желанию или согласию». Устанавливалось также, что если взявший взятку «объявит о том с раскаянием своему начальству» до выполнения незаконных действий, то суд мог смягчить наказание до исключения из службы, увольнения от должности или строгого выговора с занесением или без занесения в послужной список виновного [3] .

С первых же дней Великой Октябрьской социалистической революции взяточничество было весьма опасным явлением, что привело к тому, что вождь мирового пролетариата самолично отредактировал декрет 8 мая 1918 г. о борьбе со взяточничеством. В Уголовном кодексе 1922 г. за взяточничество были установлены суровые наказания вплоть до высшей меры наказания (ст. 114 УК 1922г.).

Искоренить взяточничество было задачей не из простых, и в 1922 году коммунистическая партия и Советское государство провели комплекс разносторонних энергичных мероприятий по борьбе со взяточничеством, учитывая повышенную опасность этого преступления. В числе этих мероприятий было осуществлено проведение специальной кампании по борьбе со взяточничеством и дальнейшее усиление кары за взяточничество и связанные с ним преступления. Декретом ВЦИК от 9 октября 1922 г. [4] , изменившим ст. 114 и введшим новую ст.114а, наказание за неквалифицированный вид взяточничества было установлено в виде лишения свободы на срок не ниже одного года с факультативной конфискацией имущества. За квалифицированные виды взяточничества наказание- — лишение свободы на срок не ниже трех лет, а при особо отягчающих обстоятельствах — расстрел с конфискацией имущества. За дачу взятки и посредничество во взяточничестве установлены были в принципе те же наказания, что и за получение взятки [5] .

Статья 117 УК РСФСР 1926 г. определяла взяточничество как получение должностным лицом лично или через посредников в каком бы то ни было виде вознаграждения (взятки) за выполнение или невыполнение в интересах дающего какого-либо действия, которое должностное лицо могло или должно было совершить исключительно вследствие своего служебного положения. Закон наказывает такое преступление лишением свободы на срок до двух лет.

Если получение взятки было совершено при отягчающих обстоятельствах, как-то: а) ответственному положении должностного лица, принявшего взятку, б) при наличии прежней судимости за взятку или неоднократности получения взятки, в) с применением со стороны принявшего взятку вымогательства, то наказанием в таком случае было лишение свободы со строгой изоляцией на срок не ниже двух лет, с повышением вплоть до расстрела с конфискацией имущества [6] .

В этот период за взяточничество устанавливается самое строгое наказание, когда-либо назначаемое за аналогичное преступление – смертная казнь. В настоящее время нельзя сказать об эффективности действия такого рода санкций в тот период, т.к. на практике зачастую такое наказание применялось только к «кулачным элементам».

31 октября 1927 г. [7] мера наказания за преступление с отягчающими обстоятельствами была заменена на лишение свободы на срок не ниже двух лет с конфискацией имущества.

Верховный суд уже в этот период издает специальные постановления, обобщающие накопившийся к тому времени практический материал по рассматриваемому виду преступления. Так, в Постановлении от 16 апреля 1931 г. закрепляется, что дача взятки активистам, участвующим в работе советов, как-то: членам секций советов, членам комиссий по проведению хлебозаготовок и т.п., при выполнении ими возложенных на них заданий в целях совершения или отказа от совершения тех или иных действий, а также получение взятки этими активистами являются социально-опасными и должны преследоваться в уголовном порядке по аналогии со ст. 118 и ст. 117 УК [8] .

Все случаи получения должностными лицами могарыча, т.е. всякого рода угощения в каком бы то ни было виде, подлежат квалификации как получение взятки по ст. 117 УК. Требование могарыча при найме рабочей силу со стороны должностных лиц также должно квалифицироваться как взяточничество по ст. 117 УК. Получение могарыча при найме рабочей силы частными лицами (пастухов и др.) должно квалифицироваться как нарушение трудового законодательства (искусственное уменьшение зарплаты) по ст. 133 УК или, если вследствие отказа в угощении нанявшемуся было отказано в приеме на работу, — то по ст. 174 УК за вымогательство.

Верховный суд обращал внимание судов на то, что при возбуждении этих дел, а равно при вынесении приговоров и определений меры социальной защиты суды должны иметь в виду, что борьба с этим злом, вкоренившимся в быт, не может быть осуществлена одними лишь судебными мерами и что для искоренения этого явления необходима одновременно длительная и систематическая работа по мобилизации общественного мнения вокруг этого вопроса. Поэтому «в уголовном порядке должны быть рассматриваемы лишь наиболее злостные случаи получения могарыча кулацкими элементами. Само собою разумеется, что лица, дававшие могарыч при найме на работу (пастухи и т.п.), никакой ответственности не подлежат». [Пост. плен. Верхсуда РСФСР 15 апреля 1929 г. прот. № 7] [9] .

В рамках борьбы со взяточничеством в определенный период даже было запрещено совместительство. Как отмечали полномочные органы: иногда получение взятки маскируется под видом получения премиальных, оплаты за совместительство и т.д. Поэтому Постановление СНК СССР 20 апреля 1934 г. [10] :

— запрещает советским хозяйственным и другим организациям выдавать, а рабочим железнодорожного транспорта принимать от них какие бы то ни было премии;

— запрещает рабочим железнодорожного транспорта работать по совместительству в советских и хозяйственных организациях;

— постановляет рассматривать такого рода премирование и совместительство как взяточничество.

В последующем нормы о взяточничестве получают закрепление в Уголовном кодексе РСФСР 1960 г. [11] . За получение взятки устанавливается наказание лишением свободы на срок до десяти лет с конфискацией имущества. Те же действия, совершенные по предварительному сговору группой лиц, или неоднократно, или сопряженные с вымогательством взятки, либо получение взятки в крупном размере наказываются лишением свободы на срок от пяти до пятнадцати лет с конфискацией имущества (ст.173).

Итак, за весь период советского государства и права, взяточничество каралось законом достаточно строго. Абсолютно все составы преступления предусматривали в качестве дополнительного наказания «конфискацию имущества».

[1] Учебник немецкого уголовного права (Часть общая) А .Ф. БЕРНЕР А . С примечаниями, приложениями и дополнениями по истории русского права и законодательству положительному Н.Неклюдова. Том.I. — 1867 г.

[2] Уголовное право из курса правоведения по Народной энциклопедии. Полутом 1. Общественно-юридические науки – 1911 г. — стр. 129.

[3] Упоров И. От понятия «мздоимство» к понятию «взятка» // Российская Юстиция — № 2 – 2001.

[4] СУ РСФСР 1922 г. № 63.

[5] История советского уголовного права. А . А . Герцензон, Ш.С. Грингауз, Н.Д. Дурманов, М.М. Исаев, Б.С. Утевский. — 1947 г.

[6] УК РСФСР 1926 г. – М., Юр. изд-во НКЮ РСФСР – 1927 г.

[8] Пост. плен. Верховного суда РСФСР 16 апреля 1931 г., пр. № 5

[9] Законодательные и ведомственные постановления по применению отдельных статей кодекса. Сост. Аскарханов С.С., Иодковский А.Н. – Юр. изд-во НКЮ СССР – 1937 г. – с.177-179.

[11] Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. (Принят третьей сессией ВС РСФСР пятого созыва 27 октября 1960 г.) – М., Юрид. лит-ра. – 1987г.

История получения взятки

Начальника отдела техобеспечения продовольственного управления Минобороны полковника Александра Вакулина обвиняют в получении взятки на сумму 368 млн руб. за то, что он способствовал заключению контрактов на приобретение кухонь, пекарен, цистерн и прочей спецтехники, а также за общее покровительство, пишет газета «Коммерсантъ» со ссылкой на судебные документы и информированные источники.

Эту сумму газета называет рекордной в истории военного ведомства.

Вакулина, по данным издания, обвиняют в особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) и получении взятки в особо крупном размере (ч. 6 ст. 290 УК РФ), суд отправил его под арест до 29 октября.

Смотрите так же:  Увольнение многодетного отца рб

На полковника следственная группа вышла в ходе расследования поставок, совершенных по контрактам Минобороны с ООО «Профбизнес» из Санкт-Петербурга. Кроме того, петербургское управление антимонопольной службы выявило картельный сговор при заключении контрактов с Минобороны на сумму 2,2 млрд руб. со стороны «Профбизнеса», а также ООО «ТД «Спецтехмаш» и ООО «ТД «Стиллаг».

Некоторые контракты стали поводом для уголовного расследования, пишет газета. 30 марта в Санкт-Петербурге следователи ГСУ СКР возбудили уголовное дело о мошенничестве, в рамках которого задержали нескольких человек, в том числе одного из руководителей «Профбизнеса» Алексея Калитина. Позже расследование передали в Москву.

Источник газеты рассказал, что один из задержанных дал признательные показания о «роли и конкретных действиях Александра Вакулина при заключении и исполнении государственных контрактов и получении за это денежных вознаграждений». После этого в отношении полковника возбудили уголовное дело о взяточничестве.

История получения взятки

Басманный суд Москвы вечером 21 ноября арестовал двух следователей центрального аппарата Следственного комитета РФ — Сергея Дубинского и Андрея Тринева. Об этом пишут «Ведомости» со ссылкой на «Интерфакс».

Дубинского с Треневым задержали с поличным сотрудники управления «М» ФСБ, их подозревают в предварительном сговоре и получении взятки в особо крупном размере (ч.6 ст. 290 УК РФ). Речь идет о сумме в 5 млн рублей, сообщали в СКР. В ведомстве не уточнили, по какому делу сотрудники СКР могли получить взятку. «Коммерсантъ» писал, что она может быть связана с махинациями в банке «Российский кредит» – «взятка могла быть связана с решением вопроса о снятии арестованного в рамках дела имущества».

Отметим, Сергей Дубинский — четвертый московский следователь в ранге генерала, арестованный за всю историю СКР (с 2007 года). Его предшественниками были Дмитрий Довгий, Денис Никандров и Александр Дрыманов.

История борьбы со взяточничеством в России

Первое законодательное ограничение коррупционных действий принадлежит Ивану III. Его внук Иван Грозный в 1561 году ввел Судную грамоту, которая устанавливала санкции в виде смертной казни за получение взятки судебными чиновниками местного земского управления.

Вопросы уголовной ответственности за взяточничество и иные формы проявления корыстных злоупотреблений по службе нашли отражение в принятом в 1649 году Соборном уложении. Статьи 5 и 7 Соборного уложения предусматривали уголовную ответственность за принятие вознаграждения должностными лицами судебных органов, а статья 6 расширяла круг субъектов подлежащих ответственности за получение взятки, к ним стали относиться и лица, которые выполняли те же функции, что и судебные чиновники.

При Петре I расцветали и коррупция, и жестокая борьба царя с ней. Петр I старался всеми возможными методами и средствами навести порядок в делах государственной службы России, воздействуя на мздоимцев, лихоимцев и вымогателей. В целях предупреждения взяточничества и других корыстных злоупотреблений по службе он ввел новый порядок прохождения государственной службы для воевод, которые не могли находиться на этой должности более двух лет. Данный срок мог быть продлен только в том случае, если имелась письменная просьба жителей города о том, чтобы данное должностное лицо продолжало исполнять свои обязанности. Учитывая распространенность взяточничества, указом от 23 августа 1713 года Петр I ввел, наряду с получением взятки, уголовную ответственность за дачу взятки. 24 декабря 1714 года Петр I издал указ, который ввел уголовную ответственность за пособничество в совершении корыстного злоупотребления по службе и за недонесение о совершении этих преступлений.

Императрица Елизавета Петровна 27 августа 1760 года издала указ, запрещающий государственным служащим брать взятки. «Ненасытная жажда корысти дошла до того, что некоторые места, учреждаемые для правосудия, сделались торжищем, лихоимство и пристрастие — предводительством судей, а потворство и опущение — одобрением беззаконникам», — укоряла чиновников Елизавета Петровна.

Наиболее полно ответственность за взяточничество стала регулироваться в XIX веке. Получение взятки тогда именовалось «мздоимством» и «лихоимством» (последнее считалось наиболее тяжким видом взяточничества). Глава 6 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных (в редакции 1885 года) так и называлась: «О мздоимстве и лихоимстве». Под мздоимством понималось принятие должностным лицом взятки, добровольно предложенной, в виде вознаграждения за оказание служащим служебной услуги, не выходящей за границы его полномочий.

Наказание — от денежного взыскания до отрешения от должности. Значительно строже каралось (до арестантских отделений) лихоимство, т. е. принятие служащим вознаграждение за действия, нарушающие служебные обязанности. Самой тяжелой степенью лихоимства признавалось вымогательство, т. е. вынуждение взятки самим служащим.

Придя к власти, большевики в мае 1918 года издали декрет о взяточничестве, предусматривавший пятилетний срок заключения и конфискацию имущества. Одновременно с этим дела о взяточничестве были переданы в ведение революционных трибуналов, так как приравнивались к контрреволюционной деятельности. В Уголовном кодексе 1922 года за взяточничество были установлены суровые наказания вплоть до высшей меры наказания (статья 114 УК 1922 года). В последующем нормы о взяточничестве получили закрепление в Уголовных кодексах РСФСР 1926 и 1960 годов.

4 апреля 1992 года вышел Указ президента РФ Бориса Ельцина «О борьбе с коррупцией в системе государственной службы». Документ стал первым антикоррупционным нормативно-правовым актом нового российского законодательства и послужил отправной точкой отсчета в борьбе с коррупцией в Российской Федерации. Указ запрещал чиновникам заниматься предпринимательской деятельностью, а также устанавливал для государственных служащих обязательное представление при назначении на руководящую должность декларации о доходах, движимом и недвижимом имуществе, вкладах в банках и ценных бумагах, а также обязательствах финансового характера.

29 сентября 1999 года был создан Национальный антикоррупционный комитет (НАК).

Указом президента РФ от 24 ноября 2003 года был создан Совет при президенте Российской Федерации по борьбе с коррупцией.

Антикоррупционный потенциал был заложен в Концепции административной реформы в Российской Федерации в 2006-2010 годах, а также в законе РФ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (2004).

В 2006 году Россия ратифицировала Конвенцию ООН против коррупции 2003 года. При этом статья 20 Конвенции («Незаконное обогащение») не была ратифицирована.

Для подготовки предложений по реализации в законодательстве РФ положений Конвенции ООН против коррупции (2003) и Конвенции Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию (1999) указом президента РФ от 3 февраля 2007 года была создана межведомственная рабочая группа. Совет при президенте РФ по борьбе с коррупцией был упразднен.

19 мая 2008 года президент РФ Дмитрий Медведев подписал указ о создании Совета по противодействию коррупции при президенте РФ.

31 июля 2008 года президентом был подписан План по противодействию коррупции.

Первый раздел документа был посвящен мерам по законодательному обеспечению противодействия коррупции. Второй раздел документа содержал меры по совершенствованию государственного управления в целях предупреждения коррупции. Третий раздел Плана содержал задачи повышения профессионального уровня юридических кадров и правового просвещения граждан. В последнем разделе Плана был отражен перечень первоочередных указаний органам власти о направлениях борьбы с коррупцией.

25 декабря 2008 года президент РФ подписал пакет законов о противодействии коррупции.

Пакет включал четыре закона: базовый закон «О противодействии коррупции», законопроект, вносящий поправки в закон о правительстве РФ, и еще два закона, вносящие изменения и поправки в 25 Федеральных законов.

Чиновников обязали предоставлять работодателю сведения о своих доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера. Также они должны предоставлять сведения и о доходах, имуществе и обязательствах членов своей семьи — супруги (супруга) и несовершеннолетних детей. Ограничения, запреты и обязанности, установленные законом «О противодействии коррупции» были распространены на сотрудников милиции, прокуратуры, органов внутренних дел РФ, органов федеральной службы безопасности, таможенных органов РФ и военнослужащих.

В Уголовно-процессуальном кодексе РФ упрощался порядок привлечения к уголовной ответственности депутатов, судей и ряда категорий лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам. Также было усилено уголовное наказание за коррупцию.

В апреле 2010 года был подписан указ президента РФ о Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане противодействия коррупции на 2010-2011 годы. Национальный план противодействия коррупции должен обновляться каждые два года (в настоящее время действует Национальный план противодействия коррупции на 2014-2015 годы).

4 декабря 2012 года президент РФ Владимир Путин утвердил поправки в закон «О правительстве РФ». Согласно поправкам, вступившим в силу 1 января 2013 года, член правительства Российской Федерации обязан представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций, при условии, если сумма сделки превышает общий доход члена правительства РФ и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих совершению сделки. Также члены правительства стали обязаны отчитываться об источниках получения средств, за счет которых была заключена сделка.

7 мая 2013 года президент РФ подписал закон, запрещающий членам правительства иметь иностранные счета и ценные бумаги в банках за рубежом. Закон также касается судей, депутатов, сенаторов, военнослужащих, следователей, прокуроров, сотрудников МВД, таможенных и налоговых органов, внебюджетных фондов, аудиторов Счетной палаты, глав городских округов и муниципальных районов. Кроме того, запрет распространяется на претендентов на выборные посты, а также на супругов и несовершеннолетних детей всех вышеперечисленных лиц. В отношении иностранной недвижимости действует правило безусловного декларирования, то есть чиновникам и депутатам разрешается ее иметь, но они должны раскрыть источник средств на ее приобретение.

Смотрите так же:  Договор подряда для системного администратора

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

ВЗЯТКА И ВЗЯТОЧНИЧЕСТВО

ВЗЯТКА И ВЗЯТОЧНИЧЕСТВО. Взяточничество – одно из широко распространенных негативных социальных явлений, возникающих вместе с возникновением государственного аппарата. Взяточничество подробно исследовано в системе права. Это явление трактуется как одно их тяжких должностных преступлений, связанных с реализацией служебных полномочий.

Ключевой элемент взяточничества – взятка. Она оплачивает особое поведение (действие или бездействие), либо покровительство взяткополучателя в рамках его служебных полномочий в интересах взяткодателя (см. также КОРРУПЦИЯ).

Взяточничество – сложное, многоаспектное явление, имеющее юридически-правовое, историческое, социологическое, нравственное и культурологическое измерение.

История взяточничества теряется в глубине веков. Деятельность государства связана с выполнением определенных социальных функций. Гражданин (поданный) вступает в многообразные отношения с чиновниками и представителями государственных институтов – церкви, суда, нотариата, налоговых служб и т.д., с военными и гражданскими властями. Исходя из интересов государства, всякое должностное лицо призвано действовать согласно букве и духу закона. В реальности же чиновник располагает возможностью – как действовать в соответствии с законом, так и затягивать выполнение своих служебных функций. Кроме того, он может идти на прямое нарушение закона (должностных инструкций) в интересах того или иного лица.

Обе эти стратегии взяточничества нашли свое отражение в букве закона. Так, уголовное право царской России различало два вида данного преступления: мздоимство и лихоимство. Взятка, данная за совершение действия, входящего в круг обязанностей должностного лица трактовалась как мздоимство. Взятка за совершение служебного проступка или преступления в сфере служебной деятельности трактовалась как лихоимство. Иными словами, чиновник, выполнявший свои служебные обязанности и выдававший просителю копию подлинного решения суда только после получения взятки – мздоимец. Чиновник же, выдававший копию решения, в которой существо дело было искажено в интересах взяткодателя – лихоимец.

Проблема взяточничества имеет два измерения. Во-первых, государство не в состоянии полностью контролировать каждого своего агента. Во-вторых, заинтересованные в благоприятном решении своей проблемы люди, обращаясь к чиновнику, сами несут ему подношения. Иными словами, осуждая взяточничество в принципе, в критической ситуации массовый человек склонен прибегать к взятке.

Традиция взяточничества в значительной степени задана историей формирования государственного аппарата. В ранних государствах не существовало денежной оплаты труда чиновника. Доходы «государевого человека» формировались из нескольких источников: государственный служащий мог получать натуроплату продуктами и необходимыми для жизни предметами обихода; за службу его могли наделить землей и крепостными; сборщик налогов забирал часть собранного в свою пользу и т.д. Помимо того доходы чиновника формировались в результате служебных взаимодействий с подданными в подведомственных ему пределах. Когда агент государства вступал во взаимоотношения с «челобитчиком», эти отношения предполагали оплату. Она могла определяться традицией, не быть строго фиксированной, зависеть от имущественного статуса просителя, важности дела, но плата предполагалась в любом случае. Человек, обратившийся к агенту власти с любым делом (жалобой, просьбой, требованием суда и т.д.) всегда нес нечто в своей руке. Подношения просителей в значительной, а часто в решающей мере формировали доходы чиновника. А поскольку ответ на обращение просителя во многом зависел от усмотрения государственного человека, для того, чтобы дело «выгорело», надо было принести хороший дар. Такая практика существовала тысячелетия.

Она подталкивала обе стороны (и чиновников, и население) к злоупотреблениям. Чрезмерный рост взяточничества оборачивался социальными и политическими проблемами. Правитель, допускавший разгул взяточничества, рисковал своей властью, поэтому государство постоянно вело борьбу со злоупотреблениями чиновников. Однако носитель верховной власти мог действовать только руками тех же чиновников. Поэтому в стратегическом плане такая борьба была обречена на поражение. Политика жестких репрессий позволяла на время снизить уровень взяточничества. Но со сменой правителя все возвращалось на круги своя. В итоге сформировалась традиция, согласно которой к государственному служащему надо идти с дарами.

В ходе своего исторического развития зрелое государство обретает достаточно эффективный способ борьбы со взяточничеством. Прежде всего, оно исключает оплату труда чиновника просителем. Государственные структуры выполняют требуемые действия бесплатно, либо гражданин оплачивает необходимые сборы, минуя чиновника. Для этого все госслужащие переводятся на зарплату. Такая модель предполагает достаточный по своим размерам, госаппарат и требует значительных ресурсов, а значит, предполагает развитую экономику, способную прокормить зрелое государство. В Европе переход к регулярной и достаточной оплате труда госслужащих связан с наступлением Нового времени, разворачиванием процессов модернизации и выступает одной из предпосылок формирования современного правового государства.

В наиболее успешных, зрелых и устойчивых государствах госслужба пользуется уважением. Чиновник получает достойную зарплату, перед ним разворачиваются перспективы служебной карьеры, которые напрямую зависят от сохранения безупречной репутации. Госслужащие получают солидную пенсию. В результате подобных преобразований формируется субкультура чиновничества с особым профессиональным чувством личностного достоинства, покоящегося на безупречной честности и добросовестном выполнении своих профессиональных обязанностей. Характерно, что в слаборазвитых странах, славящихся высоким уровнем коррупции, чиновники получают низкую, часто заведомо недостаточную зарплату, которая выплачивается нерегулярно.

Коренное преобразование системы государственной службы – лишь один из факторов минимизации взяточничества. Второй существенный момент предполагает радикальное изменение морального климата в обществе. Ядро этого процесса связано с утверждением доминанты юридизма. Понятие «юридизм» описывает высокий статус ценностей закона в сознании человека. Юридизм превращает следование букве и духу закона в безусловную нравственную норму. Человек, сформированный в рамках такой культуры, следует установленным законам, нормам и правилам, не в силу обстоятельств и санкций внешнего характера, а согласно императивной нравственной установке. Он твердо уверен в том, что переходить дорогу строго на зеленый свет – его моральная обязанность как гражданина и цивилизованного человека.

Вопреки устойчивым представлениям, корни взяточничества не сводятся к своекорыстию чиновников. Живучесть взяточничества в традиционном обществе обусловлена тем, что взятка необходима не только берущему, но также и дающему. Дающий и берущий взятку объединяются на почве презрения к государству и законности. Между этими людьми складываются устойчивые связи, позволяющие рядовому человеку постоянно нарушать закон. В критической ситуации всегда можно «отмазаться», «откосить» и т.д. Массовая практика взяточничества рождает противозаконные солидарности. При этом энергия общества оказывается направленной на поиск путей обхода закона. Высокий уровень взяточничества – свидетельство того, что реальная жизнь общества далека от официально заявленных законов. Взяточник откупается от государства со всеми его установлениями, покупая своими подношениями право жить «не по закону, а по совести», то есть в соответствии с повседневно утвердившейся традиционной практикой. Не случайно в царской России бытовало известное изречение, о том, что в России свирепость законов усмиряется их всеобщим невыполнением.

Юридизм как императивный принцип возможен только в том случае, когда законы обретают в сознании человека нравственную санкцию. Я исполняю закон, поскольку он справедлив и это закон моего государства. Глупо требовать от заключенного в концлагере искреннего и добросовестного исполнения предписаний лагерной администрации. Иное дело – позиция сознательного гражданина. Юридизм предполагает полноценное переживание гражданских чувств. На смену отчуждения от государства, принимающего свирепые законы, приходит чувство подлинной причастности государству, а значит причастности, как к процессам законотворчества, так и исполнения законов. Такая система представлений складывается в зрелом гражданском обществе. Наконец, юридизм неотделим от утверждения подлинно независимого суда и создания эффективной судебной системы.

В странах, где уровень взяток критически высок, законодательство сформулировано таким образом, что его невозможно не нарушать. И это – неизбежное следствие отчуждения общества от государства. Здесь бюрократия сознательно формулирует законы и подзаконные акты так, что каждый смертный становится нарушителем, а значит, побуждается к взятке. Правовая демократия и зрелое гражданское общество коренным образом изменяют ситуацию. Здесь каждый гражданин имеет возможность (участвуя в политическом процессе как избиратель) влиять и на законотворческий процесс и на правоприменительную практику. Далее, через институты гражданского общества гражданин в состоянии контролировать администрации любого уровня, требовать гласности во всех случаях, представляющих общественный интерес, инициировать референдумы, требовать отставки скомпрометировавших себя чиновников и т.д. Общественные организации заняты не только контролем, но и позитивным взаимодействием с государственными структурами. Они участвуют в конкретной работе (с беженцами, инвалидами, наркоманами), совместными усилиями разрабатывают проекты нормативных актов, ведут агитацию, разъяснительную и просветительскую работу и т.д.

Таким образом, граждане, во-первых, деятельно участвуют в процессе создания и совершенствования справедливых норм и, во-вторых, непрестанно следят за их исполнением этих норм как чиновниками, так и всеми остальными согражданами. Люди не только сами исполняют законы, но и следят за тем, как исполняют законы другие. Здесь возникает немыслимая в традиционном обществе практика – граждане в массовом порядке сообщают о замеченных ими нарушениях закона, видя в этом исполнение своего гражданского долга. На смену массовой солидарности на почве обхода закона приходит солидарность на почве утверждения законности.

В демократических обществах складываются и оттачиваются нормы и практики, позволяющие минимизировать пространство возможных злоупотреблений. Формируются весьма жесткие нормы поведения чиновника и публичного политика, оттачиваются процедуры проведения тендеров и конкурсов на выполнение государственных и муниципальных подрядов, государство минимизирует функции распределения средств и ресурсов, бюджеты государственных органов расписываются постатейно и предаются гласности и т.д. Ко всему этому, чиновники и политики любого уровня находятся под пристальным контролем со стороны СМИ, оппозиционных политических партий и общественных организаций.

Борьба со взяточничеством – исключительно сложный и длительный процесс. Тем не менее, утверждение в общественном сознании принципов юридизма, формирование зрелого гражданского общества и цивилизованного аппарата госслужащих позволяет критически снизить уровень взяточничества и превратить взятку из норы жизни в исключение. Так проблема взятки высвечивается с точки зрения логики общеисторического развития.

Смотрите так же:  Претензия одной из сторон договора к своему контрагенту

В современном обществе практика взяточничества неизбежно порождает такое социальное зло, как коррупцию. Дающий и берущий взятку срастаются в преступное сообщество, которое преследует свои собственные цели. Уровень взяток при этом, как правило, существенно превышает заработную плату коррумпированного чиновника, который работает уже не на государство, а на преступную группу. Если в обществе не находится действенных механизмов противостояния коррупции, происходит перерождение госаппарата, срастание его с бизнесом и криминалом. В популярной литературе сложился термин «бенгладешизация», как образ разворовывания любых ресурсов направляемых на цели развития. Бангладеш – далеко не единственный пример общества, пораженного коррупцией.

Уровень взяток зависит от степени стабильности общества. Он резко возрастает в эпохи ослабления государства. Войны, революции и социальные потрясения, связанные с крушением устойчивых моральных ориентиров оборачиваются разгулом взяточничества и коррупции.

Чем выше уровень жизни, тем ниже уровень взяточничества. Безграничная коррупция с особой силой поражает нищие страны. Чем стабильнее общество, чем устойчивее, социальная и политическая система, чем крепче экономика – тем ниже уровень взяточничества. Высокая динамика, ситуация догоняющего развития иногда оборачивается высоким уровнем взяточничества (Бразилия).

Уровень взяток существенно различается от страны к стране. В целом уровень взяточничества в устойчивых правовых демократиях Западной Европы низок. Причем, в странах протестантского Севера Европы и англосаксонском мире уровень взяточничества ниже, в обществах католического Юга Европы – несколько выше. В Восточной Европе уровень взяточничества традиционно выше. Что же касается стран Азии, Африки и Латинской Америки, то здесь, рядом с более или менее благополучными, находятся страны, лидирующие по уровню взяточничества и коррупции.

В целом, традиционные общества более подвержены взяточничеству. Процессы модернизации ведут к росту взяточничества и коррупции, однако завершение модернизации, связанное с формированием гражданского общества, создает предпосылки успешной борьбы с этим социальным злом.

Во все времена взятки осуждались с моральных позиций. Взяточников осуждали правители и религиозные пророки, писатели и публицисты. В Ветхом Завете, среди законов, полученных на горе Синай непосредственно от Господа, которые Моисей должен был объявить своему народу, читаем: «Даров не принимай; ибо дары слепыми делают зрячих и превращают дело правых» (Исход 23–8). В современной западной журналистике целая плеяда высоких профессионалов сделала себе имя «разгребателей грязи».

В правовых демократических государствах общественное мнение играет существенную роль в деле поддержания законности. При этом государственный аппарат находится в сфере самого пристального внимания, а общественное мнение влияет на кадровую политику власти. В такой ситуации скомпрометировавший себя чиновник не имеет шансов вернуться на государственную службу.

Взяточничество на Руси.

В русском законодательстве взятка, в средневековой терминологии – «посул», впервые упоминается в правовых документах конца 14 в. Что же касается традиции подношений и подарков представителям власти, то она, по-видимому, существовала всегда. Первоначально подношения были основным источником содержания государственного аппарата. В Древней Руси в основе административной системы лежали так называемые «кормления». Представители центральной власти на местах не получали жалованья, а содержались, или кормились за счет подвластного населения. Размеры такого содержания определялись официальными документами и обычаем. При подобной системе управления взяток в современном смысле слова не существовало. Посул понимался как злоупотребление в кормлении, как превышение норм, установленных для кормленщиков.

С формированием централизованного аппарата управления (16 в.) в России появляется бюрократия – слой чиновников, получавших жалование из казны. Процесс формирования бюрократии был постепенным. Поэтому чиновничество впитало в себя многие традиции системы кормлений. Только теперь чиновники кормились не с подвластной территории, а с собственной должности. Так, к концу 17 в. в России существовали три вида подношений чиновникам. Наиболее распространенной была плата за техническую работу, например, за оформление документов. Не менее редкими были подарки чиновникам. Назывались они «почестями» или «поминками». «Почести» и «поминки» считались не подкупом чиновника, а знаком уважения к представителю власти. Наконец, прямой подкуп с целью добиться решения дела в свою пользу назывался «посулом», который рассматривался как должностное преступление и карался по уголовному законодательству. Понятно, что грань между разрешенной «почестью» и запрещенным «посулом» была весьма зыбкой. Размеры «почестей и поминок» были общеизвестны и освящены традицией. Затягивая решение дел, чиновники умели подвинуть просителя к выплате требуемых подношений.ne Преобразования Петра I, направленные на создание соответствующего эпохе рационального государственного аппарата, столкнулись с традицией взяточничества. Петр запретил любые подношения чиновникам, однако, именно при нем взяточничество и казнокрадство становится подлинно всеобщим явлением. Взяточничеством грешили люди в ближайшем окружение императора, включая одного из самых выдающихся казнокрадов в истории России – Александра Даниловича Меншикова. Петр просто не располагал людьми, способными устоять перед соблазном неправого обогащения. Он повесил прославившегося грабежом местного населения первого сибирского губернатора, князя Матвея Гагарина, но подобные акции не меняли положения вещей. Еще сложнее было бороться с взяточничеством и воровством среди низшей бюрократии. Фискалы – чиновники, призванные следить за работой чиновничьего аппарата – просто забирали свою долю от поборов.

Уже Екатерина I свернула всю борьбу с мздоимством. Отчасти это было связано с тем, что в разоренной реформами и войнами стране не было денег на содержание бюрократического аппарата. Уровень взяточничества в России в 18–19 вв. был традиционно высоким. Взяточничество возрастает с началом Первой мировой и достигает фантастических масштабов во время Гражданской войны. Масштаб взяточничества в СССР, в силу особенностей политической и экономической системы, был существенно ниже дореволюционного. Уточним, речь идет о масштабе взяток, а не о распространенности явления. В стране, где человек, имеющий автомобиль, рассматривался как весьма состоятельный, взятки и подношения считались не на сотни тысяч, а на сотни рублей. В последние десятилетия советской истории, с возникновением «цеховиков» и появлением теневой экономики, рос уровень коррумпированности госаппарата, а значит и масштаб взяточничества. Взятки дифференцируются в зависимости от уровня доходов взяткодателя. Хворая бабушка несла деревенскому врачу курицу со своего подворья, а директор завода, выбивавший оборудование для выпуска «левой» продукции платил чиновникам Госснаба десятки тысяч рублей.

Распад СССР и изменение общественного строя породили особые условия для взяточничества. Формирование рыночных отношений в бывшем социалистическом обществе, отсутствие целостной нормативно-правовой базы предпринимательской деятельности, раздел общегосударственной социалистической собственности, на фоне дефицита демократических традиций и отсутствия гражданского общества создали исключительно благоприятные условия для чиновничьих злоупотреблений.

Взяточничество приняло подлинно всеобщий характер. Взятки в современной России – это Монблан, в основании которого – неисчислимые подношения слесарю-сантехнику на бутылку, врачу, медсестре и нянечке в больнице, воспитателю в детском саду и т.д. На вершине же лежат исчисляемые в миллионах долларов взятки крупным госчиновникам, поступающие на шифрованные счета в зарубежных банках. Согласно данным президента фонда ИНДЕМ Георгия Сатарова (май 2002), российские граждане ежегодно тратят на взятки различным должностным лицам в общей сложности не менее 37 млрд. долларов. Сумма эта соотносима с размерами государственного бюджета страны.

В русской культуре взятка обретает бесчисленные выражения. От эпохи средневековья наследуются образы «шемякина суда» и «московской волокиты». Чиновников в народе веками почитают «крапивным семенем». На окраинах великой империи взятка имела множество имен. Среди них: тюркские – «бакшиш», «хабар», украинское – «магарыч». Классическая литература донесла до нас эвфемистические определения взятки присущие 19 в. – «барашек в бумажке», «рекомендательное письмо за подписью князя Хованского». Двадцатый век породил обороты более грубые и выразительные: «дать на лапу», «подмазать», «сунуть».

Словарь Даля приводит массу пословиц на нашу тему. Среди них: «Судьям то и полезно, что в карман полезло», «Всяк подьячий любит калач горячий», «В суд ногой – в карман рукой», «Земля любит навоз, лошадь овес, а воевода принос».

История русской литературы полна образами мздоимцев и лихоимцев. Взяточник – дежурный персонаж пьес и журналов эпохи Екатерины Великой. Вся классическая литература: Гоголь, Некрасов, Сухово-Кобылин, Салтыков-Щедрин, Чехов и многие другие авторы обращаются к этой вечной теме, часто помещая взятку и взяточника в центр сюжета. В советской литературе образ взяточника уходит на второй план, однако эта метаморфоза задана идеологически, ибо в космосе советской идеологии взятка – изживаемое наследие проклятого прошлого.

Начиная с эпохи Перестройки, публицистика, литература и искусство заново обратились к теме взяточничества. Сегодня коррупционер – непременный персонаж произведений самого разного порядка от телерепортажей типа хроники МВД и статей в бульварных газетах, до публикации результатов социологических исследований и телесериалов детективного жанра. В российском обществе нарастает стремление осознать природу рассматриваемого нами явления.

Потребность в понимании корней и причин взяточничества – хороший симптом. Понимание – непременное условие борьбы с этим социальным пороком.

Уровень взяточничества, так же как и уровень коррупции, преступности, наркомании, – надежный индикатор социального неблагополучия. Прежде всего, борьба с взяточничеством возможна; в этом нас убеждает пример стран правовой демократии. Во-вторых, борьба с взяточничеством и коррупцией представляет собой один из элементов демократического преобразования общества. Построение правовой демократии и формирование зрелого гражданского общества: надежный способ оттеснить взятку на периферию общественной жизни, превратить взяточника из «хозяина жизни» в презираемого жулика, которого сторонится каждый уважающий себя человек.