Судебная практика допроса несовершеннолетних

Допрос несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого

Допрос задержанного несовершеннолетнего подозреваемого не может продолжаться более 2-х часов без перерыва и длиться в общей сложности более 4-х часов с обязательным участием законного представителя и защитника. При этом отказ несовершеннолетнего от защитника не должен быть принят следователем, судом.

Показания несовершеннолетнего подозреваемого подлежат занесению в протокол, который предъявляется для ознакомления всем участникам следственного действия.

При наличии данных, свидетельствующих о том, что подозреваемый не достиг возраста 16 лет либо достиг этого возраста, но страдает психическим расстройством или отстает в психическом развитии, участие в допросе педагога или психолога является обязательным условием (ч.3 ст. 425 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ). Факт психического расстройства или отставания в психическом развитии должен быть подтвержден медицинским заключением.

Придавая значимость указанным требованиям закона, Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» подчеркивает, что в подобных ситуациях показания подозреваемого, полученные без участия педагога или психолога, расцениваются как недопустимые доказательства по правилам, предусмотренным ч. 2 ст. 75 УПК РФ.

Педагог и психолог являются разновидностью статуса специалиста и не обладают самостоятельным уголовно-правовым статусом. Вместе с тем, данные участники уголовного производства должны активно реализовывать свои полномочия, направленные, в первую очередь, на оказание содействия следствию и суду в получении полных и достоверных показаний несовершеннолетнего, следить за тем, чтобы не были нарушены его права, были заданы понятные вопросы, не носящие характер наводящих.

Учитывая изложенное, недопустима подмена данных специалистов лицами, которые хотя и имеют профессиональное образование, однако, могут тем или иным образом препятствовать реализации заявленных выше прав и обязанностей. Так, не может быть привлечен к участию в допросе несовершеннолетнего в суде сотрудник полиции, имеющий высшее педагогическое образование, поскольку такое лицо связано служебными отношениями. Противоречит требованиям закона и ситуация, когда законный представитель несовершеннолетнего, имеющий педагогическое (психологическое) образование, одновременно выступает в роли педагога (психолога).

По окончанию допроса законный представитель, защитник, педагог или психолог вправе знакомиться с протоколами допроса и делать письменные замечания о правильности и полноте сделанных в нем записей.

При вызове в судебное заседание для участия при допросе несовершеннолетнего подсудимого предпочтение отдается педагогу, поскольку он обладает специальными познаниями не только в области педагогики, но и психологии. Вместе с тем, при допросе несовершеннолетнего подсудимого, страдающего психическими расстройствами или отстающего в психическом развитии, желательно участие психолога, обладающего специальными познаниями.

Порядок, установленный ст. 425 УПК РФ, распространяется и на проведение допроса несовершеннолетнего подсудимого в суде.

Сам себе адвокат

защита прав в суде без адвоката

Post navigation

Допрос несовершеннолетнего свидетеля в суде

Допрос несовершеннолетнего свидетеля и потерпевшего в суде

С 1 января 2015 года вступили в силу поправки в ст. 281 УПК РФ, которыми в указанную статью введена ч. 6. Согласно этой части «оглашение показаний несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, а также демонстрация фотографических негативов и снимков, диапозитивов, сделанных в ходе допросов, воспроизведение аудио- и видеозаписи, киносъемки допросов осуществляются в отсутствие несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля без проведения допроса.

По ходатайству сторон или по собственной инициативе суд выносит мотивированное решение о необходимости допросить несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля повторно».

Дословное, толкование этих норм приводит к выводу о том, что в судебном заседании по делу, где потерпевшим или свидетелем выступает несовершеннолетний, первичным, приоритетным является оглашение его показаний с воспроизведением их видеозаписи. Лишь при наличии установленных судом оснований для допроса этого потерпевшего непосредственно в судебном заседании суд выносит решение о его вызове.

Наличие видеозаписи допроса. Первое условие — обязательное, формальное — соблюдение ч. 5 ст. 191 УПК РФ в ходе допроса несовершеннолетнего потерпевшего следователем.

С введением в ст. 191 УПК РФ ч. 5 стало обязательным применение в ходе следственных действий с участием несовершеннолетнего потерпевшего видеозаписи или киносъемки, за исключением случаев, когда потерпевший или его законный представитель возражают против этого.

Обе нормы введены в действие одновременно. Очевидно поэтому одна из них является условием применения другой. Отсюда, лишь в случае, если к протоколу допроса несовершеннолетнего потерпевшего приложена видеозапись этого следственного действия, суд вправе применить норму ч. 6 ст. 281 УПК РФ и исследовать указанные материалы без проведения допроса потерпевшего в судебном заседании.

Отступление от этого правила могло бы поставить под сомнение оценку таких показаний как доброкачественных доказательств. Значение видеозаписи показаний потерпевшего будет рассмотрено далее более подробно.

Именно поэтому представляется обоснованным, когда судьи при разрешении вопроса о назначении судебного заседания обращают внимание на то, были ли разъяснены законному представителю потерпевшего, а при наличии оснований, в зависимости от возраста, — и потерпевшему — указанные правила. В том числе последствия производства видеозаписи допроса, заключающиеся в отсутствии необходимости давать затем показания в суде, при необходимой оговорке о праве суда на вызов потерпевшего.

Лишь если к протоколу допроса несовершеннолетнего потерпевшего приложена видеозапись этого следственного действия, суд вправе применить ч. 6 ст. 281 УПК и исследовать указанные материалы без проведения допроса потерпевшего в судебном заседании

Норма применяется, как видно из ее содержания, к несовершеннолетним. Таковым является лицо, не достигшее возраста 18 лет (ч. 1 ст. 54 СК РФ).

В Конвенции СЕ (п. 3 ст. 35) уточняется, что когда на момент опроса возраст жертвы не определен, и есть основания полагать, что жертва является ребенком, до установления возраста применяются меры, предусмотренные для ребенка. Таким образом, реализован приоритет защиты прав несовершеннолетнего потерпевшего, предполагающий толкование сомнений относительно его возраста в его пользу (разумеется, только для целей процедуры).

Согласно правилам о действии процессуального закона во времени (ст. 4 УПК РФ) соответствующая норма подлежит применению в момент конкретного допроса, иного следственного действия, на момент разрешения ходатайства о вызове потерпевшего для допроса. Например, если преступление было совершено в отношении несовершеннолетнего, но к моменту рассмотрения дела судом потерпевший достиг возраста 18 лет, оснований для применения судом ч. 6 ст. 281 УПК РФ нет.

Отечественное законодательство придерживается аналогичного взгляда, сделав уважение чести и достоинства личности принципом уголовного судопроизводства (ст. 9 УПК РФ). Развитие и конкретизация этого принципа применительно к потерпевшему даны в действующем постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», где подчеркивается, что потерпевший имеет в уголовном процессе свои собственные интересы, для защиты которых он и наделен правами стороны (п. 2).

В упомянутой Конвенции Совета Европы (п. 1 ст. 34, подп. «с» п. 1 ст. 35, п. 1 ст. 36) обращается внимание на то, что выполнение рекомендаций, касающихся участия ребенка в уголовном процессе, и в частности в опросе ребенка, требует наличия специализированного персонала, получившего специальную подготовку.

Перенос основного внимания суда и сторон на исследование показаний ребенка, полученных в ходе следствия, и возможность наглядно убедиться в том, как происходил допрос, предполагают повышение специальной подготовки следователей, работающих с несовершеннолетними потерпевшими, получение ими навыков применения закона, необходимых при расследовании таких дел.

Обращают на себя внимание случаи, когда малолетним (например, в возрасте 9-10 лет) разъясняется полный набор прав, предусмотренных ст. 42 УПК РФ, вместо того, чтобы разъяснить их законному представителю. Либо когда допрос несовершеннолетнего ведется юридическим, казенным языком и таким же образом и фиксируются его показания, что может дать повод для сомнений в достоверности изложенных в протоколе показаний.

Если допрос несовершеннолетнего ведется юридическим, казенным языком и таким же образом фиксируются его показания, это может дать повод для сомнений в достоверности изложенных в протоколе показаний

Различия в нормах УПК РФ, регулирующих порядок допроса взрослых лиц и несовершеннолетних, существуют давно. Однако представляется, что практика работы с детьми, потерпевшими от преступления, нуждается в совершенствовании. Человеческий фактор в правильном применении предписаний закона играет чрезвычайно важную роль. Обучение работников следствия и суда, разработка рекомендаций, методик правильного применения процессуальных норм при вовлечении в сферу уголовного судопроизводства несовершеннолетних — следующий и необходимый шаг к обеспечению эффективной защиты прав потерпевшего.

Один из основных практических вопросов, состоит во взаимосвязи ч. 6 ст. 281 УПК РФ с существующими в уголовно-процессуальном законе правилами допроса и оглашения показаний потерпевшего, предусмотренными ст.ст. 240, 277, 278, 280 УПК РФ.

По отношению к ст. 280 УПК РФ, предусматривающей особенности допроса несовершеннолетнего потерпевшего, в новой норме противоречий не усматривается. По общему правилу, предусмотренному теперь ч. 6 ст. 281 УПК РФ, несовершеннолетний потерпевший в суде не допрашивается. Однако если суд по собственной инициативе или ходатайству стороны все же придет к выводу о необходимости допроса такого потерпевшего в судебном заседании, он будет допрошен по правилам ст. 280 УПК РФ. Таким образом, если ч. 6 ст. 281 УПК РФ определяет возможность допроса несовершеннолетнего потерпевшего, то ст. 280 УПК РФ предусматривает порядок этого допроса при условии, что будет принято решение о его производстве.

По отношению к ст.ст. 277 и 278 УПК РФ, устанавливающим общие правила допроса потерпевших и оглашения их показаний, ч. 6 ст. 281 УПК РФ является специальной нормой, подлежащей применению именно в тех случаях, когда потерпевшим является несовершеннолетний. Следовательно, при конкуренции норм должна применяться именно рассматриваемая нами новелла.

Положение закона включенное законодателем в ст. 281 УПК РФ, не противоречит принципам непосредственного исследования доказательств, закрепленным в ст. 240 УПК РФ, поскольку ч. 2 ст. 240 УПК РФ прямо устанавливает оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, в случаях, предусмотренных ст. 281 УПК РФ. Следовательно, формального противоречия тут нет, а сущностные вопросы нам следует рассмотреть более подробно.

Одним из самых эффективных средств разрешения вопроса травмирования психики ребенка видится фиксация его первичного опроса с возможностью представить эту запись как доказательство в дальнейшем судебном разбирательстве.

Директива № 2012/29ЕС Европейского парламента и Совета Европейского союза «Об установлении минимальных стандартов в отношении прав, поддержки и защиты жертв преступлений, а также о замене Рамочного решения 2001/220ПВД Совета ЕС» (Страсбург, 25.10.2012) 14 также предусматривает, что при расследовании уголовного дела все допросы, проводимые с участием ребенка, ставшего жертвой преступления, могут быть записаны с использованием средств аудиовизуальной записи, и такие записи могут быть использованы в качестве доказательств в уголовном судопроизводстве. Процессуальные правила ведения таких аудиовизуальных записей и их использования должны быть определены национальным законодательством.

Ч. 6 ст. 281 УПК РФ полностью соответствует требованиям ст. 35 Конвенции Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений, в которой указано, что количество опросов ребенка должно быть настолько минимальным, насколько это возможно. При этом каждая сторона конвенции принимает необходимые меры, обеспечивающие, чтобы все опросы жертвы и ребенка-свидетеля могли записываться на видеопленку, и чтобы такие видеозаписи могли приниматься в качестве показаний в ходе судебного разбирательства в соответствии с нормами внутреннего права. Статья 30 Конвенции специально подчеркивает необходимость того, чтобы расследование и уголовное разбирательство не усугубляли нанесенную ребенку травму.

Ограничение числа опросов ребенка-жертвы призвано не допустить причинение ему в процессе опроса новой психической травмы, поскольку каждый раз ему приходится вновь переживать перенесенные страдания. Именно такая цель стоит перед видеозаписями опроса, причем она может использоваться для различных целей, в том числе для медицинского освидетельствования. В основе рекомендации видеофиксации опросов лежит практика, успешно применяемая в последние годы в ряде стран.

Соотношение мер по защите ребенка и права обвиняемого на защиту

Как соотносится эта новелла с правом подсудимого допрашивать показывающих против него лиц с нормами подп. «d» п. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подп. «e» п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах?

В Руководящих принципах Совета ООН (п. 31) рекомендуется принять меры к сокращению числа опросов, заявлений и заслушиваний, в частности путем записи видеоматериалов, к защите детей-жертв и свидетелей от перекрестного допроса, проводимого предполагаемым правонарушителем, говорится о совместимости правовой системы с надлежащим соблюдением прав защиты. Лишь в случае необходимости опросы и допрос в суде должны проводиться в отсутствие предполагаемого правонарушителя.

В промежуточном докладе Специального докладчика Комиссии ООН по правам человека «По вопросу о торговле детьми, детской проституции и детской порнографии» обращалось внимание на то, что во время судебных заседаний должны быть гарантированы права и интересы ребенка, равно как и права обвиняемого (п. 79). При этом прямо подчеркивалось, что физическое и психическое состояние детей-жертв может иметь настолько большое значение, что право обвиняемого на очную ставку с истцом может оказаться менее важным. Одной из необходимых процедур может стать дача письменных показаний, если суд решит, что присутствие в суде ребенка, ставшего жертвой, может повлечь серьезную угрозу для его жизни или здоровья (п. 81).

Следует отметить, что российское законодательство знает случаи частичного ограничения права обвиняемого допрашивать показывающего против него несовершеннолетнего потерпевшего (ч. 6 ст. 280 УПК РФ). Кроме того, правоприменительная практика свидетельствует о возможности практически полного отказа в этом праве в тех случаях, когда суд располагает заключением врача или психолога о том, что допрос несовершеннолетнего потерпевшего в судебном заседании пагубно отразится на его здоровье. Эффективность отечественных норм и практики проверена на протяжении длительного времени и сомнений не вызывает.

Смотрите так же:  Льготы по инвалидности в спб

Разумеется, движущей силой реализации этих процедур должна стать инициатива государственных органов, ответственных за расследование дела. Представляется правильным, когда органы следствия в тех случаях, когда в отношении несовершеннолетнего потерпевшего проводятся экспертные исследования с привлечением психиатров, психологов, ставят перед ними не только стандартные вопросы о склонности ребенка к фантазированию, его способности правильно воспринимать фактические обстоятельства дела и давать о них правильные показания, но и вопрос о возможности проведения с несовершеннолетним следственных действий в дальнейшем без вреда его здоровью, прежде всего психическому. Иное привело бы к нарушению положений ст. 9 УПК РФ, запрещающих осуществление действий и принятие решений, создающих опасность для жизни и здоровья участника судопроизводства.

В упоминавшемся пояснительном комментарии к Конвенции СЕ подчеркивается (п. 213), в частности, что меры по защите детей-жертв не должны нарушать прав защиты и принципов справедливого и беспристрастного суда, изложенных в ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. В развитие этого тезиса следовало бы предусмотреть процедуры, при которых сторона защиты имела бы возможность задать вопросы несовершеннолетнему потерпевшему в условиях реализации ч. 6 ст. 281 УПК РФ.

Представляется, что такой механизм есть. При ознакомлении с материалами законченного расследованием уголовного дела в порядке, предусмотренном ст. 217 УПК РФ, обвиняемый и его защитник узнают содержание протокола допроса несовершеннолетнего потерпевшего, имеют возможность просмотреть и видеозапись этого следственного действия. Именно тогда у стороны защиты и возникает возможность заявить ходатайство о дополнительном допросе потерпевшего и выяснить у него предложенные стороной защиты вопросы.

Признав такое ходатайство обоснованным, следователь в соответствии со ст. 219 УПК РФ проводит дополнительное следственное действие по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 191 УПК РФ.

Такой порядок полностью соответствовал бы праву стороны защиты на перекрестный допрос. Ведь через него реализуется право обвиняемого допросить показывающего против него потерпевшего в условиях отсутствия нежелательного контакта предполагаемого преступника и его несовершеннолетней жертвы.

В то же время видеозапись гарантирует реализацию права защиты наблюдать поведение свидетеля при допросе с тем, чтобы иметь возможность оспорить эти показания и их достоверность. О таком праве неоднократно говорил Европейский Суд по правам человека в решениях по конкретным делам. Разумеется, законность и обоснованность отказа следователя в дополнительном допросе потерпевшего по вопросам, заданным защитой, могут быть проверены судом при рассмотрении уголовного дела по существу.

Усмотрение суда

В международных правовых документах отсутствуют категорично сформулированные положения, они изобилуют ссылками на национальные уголовно-процессуальные требования, требования действенности расследования, на особенности конкретных ситуаций, что находит отражение в таких формулировках, как «при необходимости», «по возможности», «когда это целесообразно».

Оценка конкретных обстоятельств дела и лежит в основе применения нормы, содержащейся во втором предложении ч. 6 ст. 281 УПК РФ. У суда появилась возможность — оценивать риски, связанные с осуществлением сторонами гарантированных им и порой конкурирующих между собой прав, и принимать решение исходя не только из основополагающих идей процесса, его целей и принципов, но и конкретной ситуации, сложившейся по делу.

Рекомендации

По результатам сказанного можно предложить несколько практических рекомендаций. Если в поступившем в суд деле нет видеозаписи допроса несовершеннолетнего потерпевшего, следует проверить, есть ли отказ от видеофиксации, заявленный потерпевшим или его законным представителем. Отсутствие такого отказа или установление факта неразъяснения потерпевшему (его законному представителю) права на видеофиксацию показаний может являться основанием для реагирования суда в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 29 УПК РФ.

Если к протоколу допроса несовершеннолетнего потерпевшего приложены видеоматериалы, судья при назначении судебного заседания вправе разрешить вопрос о вызове такого потерпевшего или об отсутствии необходимости в этом. При рассмотрении указанного вопроса можно рекомендовать принимать во внимание, в частности:

— возраст потерпевшего: чем взрослее ребенок, тем меньше оснований полагать, что допрос в суде отрицательно скажется на его психическом состоянии; при этом нельзя отрицать, однако, что дети подросткового возраста являются весьма уязвимой категорией несовершеннолетних, несмотря на близость к порогу взрослости;

— характер совершенного преступления: деяния, посягающие на половую неприкосновенность несовершеннолетнего либо связанные с применением насилия к потерпевшему или насилия, очевидцем которого он был, в большей степени оказывают негативное, подавляющее воздействие на личность ребенка, нежели, например, кражи или мошенничества;

— особенности взаимоотношений потерпевшего и обвиняемого, включая оценку личности предполагаемого преступника, позволяющие предположить, что их контакт в судебном заседании будет воспринят ребенком как давление или угроза;

— существующий на момент рассмотрения дела в суде статус несовершеннолетнего (находится ли он в родной семье, полной или не полной, в воспитательном учреждении, находится ли под опекой и проч.), на основании которого можно сделать вывод о наличии у него поддержки в семье, со стороны законного представителя, воспитателей, психологов и врачей, способствующей преодолению негативных последствий его участия в уголовных процедурах.

В случае вызова несовершеннолетнего для допроса в суд необходимо руководствоваться правилами производства следственных действий, предусмотренными, в том числе, ч. 6 ст. 280 УПК РФ.

Особыми являются случаи, когда в деле имеется заключение врачей, в том числе психиатров или психологов, о том, что участие ребенка в судебном заседании и (или) дача им показаний об обстоятельствах совершенного в отношении него преступления окажет отрицательное влияние на состояние его здоровья. Представляется, что в тех случаях, когда стороной в судебном заседании ставится вопрос о вызове несовершеннолетнего потерпевшего, несмотря на наличие видеозаписи его допроса, суду следует получать такие заключения от компетентных специалистов, особенно, когда речь идет о малолетних лицах или о преступлениях, посягающих на половую неприкосновенность несовершеннолетних. Это важно для того, чтобы не допустить ситуаций, при которых участие ребенка-потерпевшего в судебном заседании становится «экспериментом» над ним, лишь по итогам которого суд убеждается в том, что такое участие причиняет потерпевшему вред.

Разрешая ходатайства сторон о вызове, суду предстоит, прежде всего, оценить полноту проведенного допроса, то есть выяснить у потерпевшего всю информацию о совершенном преступлении, которой он обладает в качестве свидетеля. В этих целях следует выяснять у стороны, заявившей ходатайство, для выяснения каких именно дополнительных обстоятельств, не нашедших отражение в протоколе допроса, следует допросить потерпевшего повторно.

Если таких обстоятельств, относимых к существу дела, не имеется, в удовлетворении ходатайства может быть отказано.

Доводы стороны о недостоверности или нарушениях правил производства допроса, в том числе касающиеся возможного оказания давления на потерпевшего в ходе допроса или подмены его показаний сведениями, сообщенными его законным представителем или иными лицами, могут быть оценены с учетом воспроизведения видеозаписи допроса или иного следственного действия.

Допрос несовершеннолетнего

В гражданском или уголовном процессе допустимо участие детей, только в соответствии с нормами соответствующих кодексов.

По гражданским делам ребенок может проходить свидетелем или истцом, интересы которого чаще всего представляют родители.

По уголовным делам подросток может быть свидетелем, потерпевшим, а с 14 лет даже обвиняемым.

Так как права ребенка затрагивают процессуальные действия суда и полиции, следует знать, каким образом проходит допрос несовершеннолетнего свидетеля.

Вызов на допрос

Согласно семейному законодательству, если решается вопрос о проживании ребенка с одним из родителей, то по достижении возраста 10 лет мнение несовершеннолетнего учитывается в суде.

В ГПК РФ нет ограничений по возрасту возможных свидетелей. Теоретически в гражданском процессе может быть допрошено абсолютно любое лицо.

На практике детей зачастую допрашивают судьи только по делам об усыновлении, алиментных обязательствах или лишении родительских прав.

Если свидетель, потерпевший или обвиняемый младше 16 лет, то вызов на допрос производится через законных представителей.

Повестка о явке в суд может быть адресована родителям или опекуну ребенка, но указаны в ней будут два лица – взрослый и подросток.

Иногда ребенка могут вызвать через администрацию учреждения, где он обучается. Если ребенок учится в интернате, то повестку получает представитель учебного заведения.

Бывает, следственные органы сталкиваются с тем, что родители несовершеннолетнего лишены родительских прав, а сам подросток не числится ни в одном детском заведении.

Тогда интересы ребенка могут представлять сотрудники органа опеки и попечительства, они должны проследить за соблюдением прав своих подопечных.

То есть, согласно ст. 5 УПК РФ и ст. 37 ГПК РФ, законным представителем по гражданскому или уголовному делу, может стать:

  • родитель или усыновитель;
  • попечитель;
  • опекун;
  • представитель образовательного учреждения, например, сотрудник детского дома.

Иногда закон допускает иной порядок извещения несовершеннолетнего о явке, минуя его законного представителя.

Повестка может быть вручена через учителя, тренера, бабушку, если нежелательно родителя ставить в известность, например, когда он сам является обвиняемым или отрицательно влияет на подростка.

Пострадавшим лицом по уголовному делу может быть любой человек независимо от возраста.

Зачастую дети участвуют в судебном процессе в качестве потерпевшего в делах о ДТП, с причинением тяжкого вреда здоровью или даже смерти, из-за применения к ним насилия, по делам о сексуальных преступлениях.

Статус «потерпевший» присуждается следователем, в нем указано, какой вред был причинен подростку и обстоятельства злодеяния.

Также он выносит постановление о признании родителя или опекуна законным представителем ребенка. С этого момента и до окончательного решения суда, представитель сопровождает несовершеннолетнего в следственных и судебных мероприятиях.

В законе не сказано, с какого возраста можно допрашивать детей в качестве свидетеля. Все решается индивидуально и зависит от его эмоционального состояния, возрастного и психологического развития, а также от обстоятельств преступления.

Бывают случаи, когда преступление было совершено в отношении малолетних, которые не умеют говорить в силу своего возраста. Тогда вопрос о допросе отпадает сам собой.

Следователь индивидуально решает, стоит ли допрашивать ребенка, который только что научился разговаривать.

Обычно работники правоохранительных органов стараются не привлекать маленьких детей в качестве свидетелей, особенно если есть граждане, которые могут подтвердить обстоятельства дела.

Особенности допроса

Для допроса малолетнего свидетеля или потерпевшего в суде приглашается педагог, если ребенку не исполнилось еще 14 лет. Специалист не только присутствует в заседании, но и может задавать ему вопросы.

Зачастую недолгое приветливое общение педагога или психолога с ребенком является своеобразным приемом, чтобы расположить ребенка давать показания. Он может задать абсолютно любой вопрос, это может касаться судебного дела или жизни подростка.

Участие педагогического работника в гражданском деле регулируется ст. 188 ГПК РФ. Его задачей является предотвратить негативное воздействие на несовершеннолетнего, а также объяснение особенностей его поведения.

Специалист может присутствовать только на время допроса, после этого он имеет право покинуть судебное заседание, предупредив председателя.

Участие педагога или психолога при допросе подростка обязательно в случаях, если ему еще не исполнилось 16 лет или тогда, когда он уже достиг этого возраста, но он отстает в развитии или имеется психическое расстройство, подтвержденное врачами.

Назначается психолого-психиатрическая экспертиза, где с несовершеннолетним проводится комплексное исследование поведения. После этого сразу несколькими специалистами делаются выводы о соответствии биологическому возрасту.

Необходимость допроса

К допросу свидетелей до 14 лет обычно прибегают только в исключительных случаях, когда его показания считаются очень важными для выяснения обстоятельств дела. Это правило не распространяется в отношении потерпевших и подозреваемых.

Психологи выделяют причины необходимости регламентации некоторых требований, предъявляемых к проведению допроса малолетних участников дела, так как несовершеннолетние дети:

  • могут стесняться;
  • обладают повышенной эмоциональной возбудимостью;
  • наделены большой внушаемостью;
  • имеют небольшой объем опыта и знаний;
  • быстро забывают произошедшие события;
  • в коллективе отстаивают принципы дружбы, желают выглядеть лучше.

Эти особенности развития детей могут напрямую повлиять на правильность и достоверность их показаний.

Отдельный регламент закон установил по отношению к порядку ведения допроса по половым преступлениям. Участие профессионального психолога и педагога с высшим образованием в данной ситуации обязательно.

Следователь направляет извещение для явки этих специалистов в министерство образования или другое образовательное учреждение.

Если маленький гражданин здоров или он старше 16 лет, то следователь не обязан приглашать педагога или психолога, но в большинстве случаев органы расследования все-таки их вызывают.

Присутствие детского специалиста поможет в грамотном допросе, так как малолетние дети и несовершеннолетние лица имеют свои психологические особенности. Педагог может правильно скорректировать вопрос, а также увидит, когда ребенок устал и нужен перерыв.

Допрос допрашиваемого лица не может продолжаться более:

  • получаса без перерыва и более одного часа от общего времени, если подопечному менее 7 лет;
  • 1 часа без перерыва и более 2 часов от общего времени, если свидетелю от 7 до 14 лет;
  • 2 часов без перерыва более 4 часов от общего времени, если подростку от 14 до 16 лет.

Сам допрос малолетнего человека ничем не отличается от допроса взрослых. Несовершеннолетним детям до 16 лет разъясняют обязанность говорить правду и не рассказывают об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ.

Далее в протокол заносятся данных об участвующих в процессе лицах. Ребенку задаются вопросы, и предлагается поведать все, что ему известно об обстоятельствах дела.

Смотрите так же:  Госпошлина за регистрацию квартиры в регистрационной палате

Следователь обязан фиксировать на видео проведение допроса подростка. Исключения из этого могут составлять случаи, когда ребенок или его законный представитель возражают против съемки.

Диск с записанным видео прикладывают к материалам дела. В конце слушания ставится подпись всех лиц, в том числе и ребенка. Если он еще мал, то за него это может сделать законный представитель.

Допрос несовершеннолетнего по уголовному делу

Особенности допроса несовершеннолетних имеют свои нюансы. Если свидетель или потерпевший, не достигший совершеннолетия, был допрошен на стадии предварительного следствия, законодательство разрешает огласить эти показания.

Это было сделано для того чтобы суд мог не допрашивать детей в суде повторно и опираться на ту информацию, которая была предоставлена следователю, включая просмотр видео.

При необходимости суд имеет право допросить ребенка опять и обязать представителя явиться на заседание с несовершеннолетним.

Допрос малолетнего свидетеля или потерпевшего в суде должен происходить как можно деликатней. В отличие от допроса у следователя в кабинете здесь присутствует много зрителей и действует на психику официальная обстановка, а также находится подсудимый.

Тактика допроса должна быть спокойной и доброжелательной. Вопросы следует задавать без давления и спокойным тоном.

По длительности допрос не должен проводиться более часа, учитывая тяжелую психологическую нагрузку для ребенка.

Ребенок, которому не исполнилось 14 лет, должен быть только со своим законным представителем. Ему разъясняется важность дачи только правдивых показаний.

Если несовершеннолетнему уже исполнилось 16 лет, то суд должен разъяснить ему ответственность за дачу ложных показаний и отказ от дачи показаний, иначе против него могут возбудить уголовное дело по ст. 307 УК РФ. Но обычно в судебной практике таких случаев не бывает.

Суд может по ходатайству участников или по своей инициативе удалить подсудимого из зала суда, пока ведется допрос подростка. Для этого необходимо оформить решение отдельным постановлением.

Также следует привести мотивы удаления, например, возрастные особенности подростка или особые обстоятельства совершения преступления (жестокое насилие к маленькому потерпевшему).

По таким преступлениям, как угон, разбой, кража, вымогательство, убийство, несовершеннолетние становятся подозреваемыми и обвиняемыми уже с 14 лет.

Во всех уголовных делах, всем лицам, не достигшим 18 лет, в допросе несовершеннолетнего подозреваемого должен участвовать защитник, от этого права отказаться нельзя.

Начиная с первого допроса обвиняемого, должен быть допущен родитель подростка. Он имеет право:

  • знать, в каком конкретно преступлении обвиняется малолетний подозреваемый;
  • находиться рядом с подростком в ходе допроса и знакомиться с протоколом, заявлять о неполноте или неправильности его составления, делать письменные замечания;
  • присутствовать при оглашении обвинения, когда несовершеннолетнего объявят обвиняемым;
  • составлять на действия следователя жалобы, заявлять отвод.

Следователь должен довести до сведения законного представителя суть деяния его ребенка и номер статьи УК РФ. Допуск родителя оформляет следователь, разъясняются права представителя.

Если правоохранительные органы сочтут, что взрослый оказывает отрицательное влияние на ребенка, его могут заменить на другого родителя, оформив замену еще одно постановление.

Также у законного представителя есть право быть защитником обвиняемого, в таком случае он пользуется правами, какие имеет адвокат.

Порядок допроса несовершеннолетнего обвиняемого в 2019 году производится в следующем порядке:

  1. Присутствующим лицам (подросток, его законный представитель, адвокат, педагог и психолог) объявляется, по какому делу их собрали и суть преступления.
  2. Далее идет разъяснение прав и обязанностей. Фиксируется признание или непризнание вины.
  3. Все действия записываются в протокол, который потом должен быть подписан всеми лицами. В документе также могут быть указаны замечания по делу. Подростком и его представителем записывается фраза: «мною прочитано, с моих слов записано верно».

Повторный допрос обвиняемого может состояться только при наличии ходатайства от защитника, самого подростка или его законного представителя.

Иногда встречаются ситуации, когда обвиняемый на момент ведения дела являлся несовершеннолетним, а после рассмотрения дела судом ему уже исполнялось 18 лет.

В таком случае действуют правила, предусмотренные для взрослых – на заседании уже могут не присутствовать педагог, психолог и законный представитель.

Хотя судья может разрешить участие данных граждан, если дело касается низкого уровня развития подростка и других его особенностей.

Соблюдение конфиденциальности

В 2013 году в Федеральном Законе и Уголовном кодексе Российской Федерации ввели нормативные акты, которые запрещают публикацию сведений о несовершеннолетних детях, пострадавших от рук преступников.

Данный запрет касается публикации видеозаписей, фотографий, аудиозаписи голоса, Ф. И. О. и других признаков, позволяющих узнать ребенка, так как проинформированные об этом деле подростки и недобропорядочные соседи могут нанести психике ребенка колоссальный вред своими обидными насмешками и обсуждениями.

Целью введенного закона является недопущение распространения сведений среди населения, которые касаются преступлений против здоровья детей и половой неприкосновенности.

За нарушение данного запрета, виновного ждет уголовная ответственность в виде лишения свободы сроком до 5 лет, согласно ч. 3 ст. 137 УК РФ.

На законодательном уровне разрешено публиковать информацию о малолетнем потерпевшем, только когда жизни подростка угрожает опасность или он был объявлен в розыск.

Зачастую допрос несовершеннолетнего свидетеля имеет особенное доказательственное значение.

Ребенок может обладать информацией, которая может прояснять некоторые обстоятельства дела и способствовать их выяснению. Иногда дети опасаются раскрывать известные ему сведения.

Согласно закону следственные органы обязаны гарантировать защиту малолетних лиц, участвующих в деле. Личная информация о свидетеле при необходимости может быть закрыта от публичного доступа.

Допрос ребенка является один из сложных видов процессуальных действий. Кроме строгого регламентированного допроса несовершеннолетнего ситуацию осложняют эмоциональные и психологические особенности развития ребенка и его реакция на внешние раздражители.

Судья и следователь должны обладать определенными знаниями в области психологии, чтобы суметь войти в доверие к допрашиваемому и получить от него правдивые сведения, необходимые для вынесения верного решения по делу.

Судебная практика допроса несовершеннолетних

практики исполнения районными, городскими судами требований ч.6 ст.281 УПК РФ по рассмотренным уголовным делам за 2015 год.

В соответствии с планом работы Верховного Суда Республики Хакасия на первое полугодие 2016 года проведено обобщение практики исполнения районными, городскими судами Республики Хакасия требований, закрепленных положениями ч.6 ст. 281 УПК РФ, при рассмотрении уголовных дел за 2015 год.

Для обобщения практики из районных и городских судов были истребованы сведения о количестве и результатах рассмотренных дел, где потерпевшими являлись несовершеннолетние, в том числе отдельно по ч.3 ст.131, ч.4 ст.131, ч.3 ст.132, ч.4 ст.132, ч.2 ст.133, 134, 135 УК РФ, то есть по делам о преступлениях, где сам состав предусматривает совершение преступного деяния в отношении несовершеннолетнего.

Кроме того, была запрошена информация о том, выполнялись ли по делам о преступлениях в отношении несовершеннолетних положения ч.5 ст.191 УПК РФ об обязательном применении видеозаписи при досудебных допросах несовершеннолетних потерпевших, свидетелей; являлось ли нарушение ч.5 ст.191 УПК РФ на досудебной стадии основанием для признания соответствующего доказательства недопустимым либо для возвращения дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ; принимались ли решения об оглашении показаний несовершеннолетних свидетелей, потерпевших в порядке ч.6 ст.281 УПК РФ без согласия на исследование показаний несовершеннолетнего со стороны защиты; исследовались ли в судебных заседаниях показания несовершеннолетних потерпевших, свидетелей в порядке ч.6 ст.281 УПК РФ, если они произведены на досудебной стадии без обязательной видеофиксации, предусмотренной ч.5 ст.191 УПК РФ, и каким образом исследовались подобные показания, не сопровождавшиеся видеофиксацией.

Проведение подобного обобщения позволило проверить правильность применения судами первой инстанции установленного уголовно-процессуальным законом процессуального порядка исследования досудебных показаний несовершеннолетних потерпевших и свидетелей, составления протоколов судебных заседаний при оглашении таких показаний.

Целью данного обобщения явилось установление единой правоприменительной практики при допросах несовершеннолетних свидетелей, потерпевших в судах, а также законное, правильное разрешение процессуальных ситуаций, возникающих при рассмотрении дел данной категории, выявление нарушений норм уголовно-процессуального законодательства.

С 01 января 2015 года вступили в силу поправки в ст. 281 УПК РФ, установленные Федеральным законом от 28 декабря 2013 года №432-ФЗ, которыми в указанную статью введена ч. 6 ст.281 УПК РФ, в соответствии с которой оглашение показаний несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля , ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, а также демонстрация фотографических негативов и снимков, диапозитивов, сделанных в ходе допросов, воспроизведение аудио- и видеозаписи, киносъемки допросов осуществляются в отсутствие несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля без проведения допроса. По ходатайству сторон или по собственной инициативе суд выносит мотивированное решение о необходимости допросить несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля повторно.

Указанным выше Уголовным законом также установлена новая редакция ст.191 УПК РФ, устанавливающая особенности проведения допроса, очной ставки, опознания и проверки показаний с участием несовершеннолетнего на досудебной стадии. Согласно части 5 статьи 191 УПК РФ, применение видеозаписи или киносъемки обязательно в ходе следственных действий, предусмотренных настоящей главой, с участием несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля, за исключением случаев, если несовершеннолетний потерпевший или свидетель либо его законный представитель против этого возражает. Материалы видеозаписи или киносъемки хранятся при уголовном деле.

Дословное толкование этих норм приводит к выводу о том, что в судебном заседании по делу, где потерпевшим или свидетелем выступает несовершеннолетний, первичным, приоритетным является оглашение его показаний с воспроизведением видеозаписи. Лишь при наличии установленных судом оснований для допроса этого потерпевшего непосредственно в судебном заседании суд, после исследовании показаний несовершеннолетнего, может вынести решение о его вызове.

Исследование правоприменительной практики районных городских судов Республики Хакасия показало, что примеры правильного оглашения досудебных показаний несовершеннолетних свидетелей, потерпевших в порядке ч.6 ст.281 УПК РФ отсутствуют. Примеры, приведенные Ширинским и Усть-Абаканским районными судами не могут быть признаны таковыми и рекомендованы для повторения другим судам.

Не имелось также за исследуемый период судебных решений о признании доказательств недопустимыми в связи с нарушением требований ч.5 ст.191 УПК РФ на досудебной стадии. Подобные нарушения не стали основаниями для возвращения дел прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Отсутствие практики объясняется небольшим количеством дел о преступлениях, где потерпевшими явились несовершеннолетние. Так, согласно представленной информации, Алтайский, Таштыпский, Боградский, Сорский, Абазинский районные суды не рассматривали по существу дела, где потерпевшим являлся несовершеннолетний, не имеют практики допросов несовершеннолетних свидетелей в суде. Одно или несколько дел данной категории рассмотрено в Орджоникидзевском, Бейском, Аскизском районных судах.

Согласно представленной информации Усть-Абаканским и Ширинским районными судами по приведенным конкретным делам, показания потерпевших, свидетелей оглашались в порядке ч.6 ст.286 УПК РФ, однако изучение протоколов судебных заседаний в данной части показало, что фактически досудебные показания несовершеннолетних оглашались по иным основаниям, предусмотренным ст.281 УПК РФ, – на основании части 1 ст.281 УПК РФ, то есть в связи с неявкой несовершеннолетнего потерпевшего.

По другим делам имелись также факты оглашения показаний несовершеннолетнего потерпевшего в связи с наличием существенных противоречий между досудебными показаниями и показаниями, данными в суде, в связи с отказом несовершеннолетнего давать показания в судебном процессе – на основании чч.3, 4 ст.281 УПК РФ.

Так, по уголовному делу в отношении М., осужденного Усть-Абаканским районным судом по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.131 УПК РФ, судом было принято решение об оглашении показаний несовершеннолетней потерпевшей Б. в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ (как следует из протокола судебного заседания). Показания несовершеннолетней потерпевшей были оглашены по ходатайству государственного обвинителя, с согласия законного представителя потерпевшей и подсудимого, поскольку законный представитель, с учетом заключения экспертов, просила не вызывать в суд несовершеннолетнюю, опасаясь, что это негативно скажется на психике ребенка.

Несогласие защитника подсудимого с заявленным ходатайством не стало препятствием к оглашению показаний потерпевшей. Из протокола судебного заседания не усматривается, что данный допрос несовершеннолетней Б. от 26.06.2015 проведен с применением видеозаписи. В суде видеозапись не исследовалась.

По уголовному делу в отношении Г., находящемуся в производстве Ширинского районного суда, согласно протоколу судебного заседания, в порядке ч.6 ст.281 УПК РФ оглашены показания несовершеннолетнего свидетеля В.

На досудебной стадии законный представитель несовершеннолетнего свидетеля возражала против применения видеозаписи при допросе её сына, представив соответствующее письменное заявление, в результате чего допрос от 06.03.2015 был проведен без видеофиксации (подобное предусмотрено ч.5 ст.191 УПК РФ).

В то же время, как следует из протокола судебного заседания, первоначально судом было принято решение о вызове несовершеннолетнего свидетеля В. в суд, позднее принималось решение о принудительном приводе несовершеннолетнего В. в суд, от службы судебных приставов получен рапорт о невозможности привода.

Только после этого по ходатайству государственного обвинителя, с согласия всех участников судебного разбирательства, судом было принято решение об оглашении показаний со ссылкой на ч.6 ст.281 УПК РФ, хотя исследование показаний несовершеннолетнего по правилам, установленным приведенной нормой, не предполагает принятие мер по вызову свидетеля в суд перед оглашением его показаний, предусматривает право суда при необходимости вызвать несовершеннолетнего свидетеля в суд, но после оглашения его показаний (согласно ч.5 ст.191 УПК РФ, предусматривающих видеофиксацию).

Таким образом, фактически показания несовершеннолетнего свидетеля В. оглашены по правилам ч.1 ст.281 УПК РФ.

В апелляционной инстанции Верховного Суда Республики Хакасия жалобы, содержащие доводы о неправильном применении положений ч.6 ст.281 УПК РФ, не рассматривались.

Часть 6 ст. 281 УПК РФ полностью соответствует требованиям ст. 35 Конвенции Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений, в которой указано, что количество опросов ребенка должно быть настолько минимальным, насколько это возможно. При этом каждая сторона конвенции принимает необходимые меры, обеспечивающие, чтобы все опросы жертвы и ребенка-свидетеля могли записываться на видеопленку, и чтобы такие видеозаписи могли приниматься в качестве показаний в ходе судебного разбирательства в соответствии с нормами внутреннего права. Статья 30 Конвенции специально подчеркивает необходимость того, чтобы расследование и уголовное разбирательство не усугубляли нанесенную ребенку травму.

Смотрите так же:  В каких случаях оспаривается завещание

Ограничение числа допросов ребенка-жертвы призвано не допустить причинение ему в процессе опроса новой психической травмы, поскольку каждый раз ему приходится вновь переживать перенесенные страдания. Именно такая цель стоит перед видеозаписями допроса, причем она может использоваться для различных целей, в том числе для медицинского освидетельствования.

С введением в ст. 191 УПК РФ части 5, стало обязательным применение в ходе следственных действий с участием несовершеннолетнего потерпевшего, свидетеля видеозаписи или киносъемки, за исключением случаев, когда потерпевший или его законный представитель возражают против этого. Лишь в случае, если к протоколу допроса несовершеннолетнего потерпевшего приложена видеозапись этого следственного действия, суд вправе применить норму ч. 6 ст. 281 УПК РФ и исследовать указанные материалы без проведения допроса потерпевшего в судебном заседании, без вызова несовершеннолетнего в судебное заседание.

Норма применяется, как видно из ее содержания, к несовершеннолетним. Таковым является лицо, не достигшее возраста 18 лет (ч.1 ст. 54 СК РФ).

Если в поступившем в суд деле нет видеозаписи допроса несовершеннолетнего потерпевшего, следует проверить, есть ли отказ от видеофиксации, заявленный потерпевшим или его законным представителем. Отсутствие такого отказа или установление факта не разъяснения потерпевшему (его законному представителю) права на видеофиксацию показаний может являться основанием для реагирования суда в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 29 УПК РФ.

В правоприменительной практике Верховного Суда Республики Хакасия при рассмотрении дел по первой инстанции примеров оглашения показаний несовершеннолетних в порядке ч.6 ст.281 УПК РФ не имелось. Встречалась практика исследования показаний несовершеннолетних потерпевших на основании ч.4 ст.281 УПК РФ – в связи с отказом в судебном заседании давать показания.

Подобным образом, в порядке ч.4 ст.281 УПК РФ, например, исследовались показания несовершеннолетней потерпевшей С. по уголовному делу в отношении Босько Д.Д., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч.4 ст.131, п. «б» ч.4 ст.132 УК РФ.

При подаче защитником апелляционной жалобы в интересах осужденного Босько Д.Д. наряду с приговором оспаривалось решение суда в части удовлетворения ходатайства об оглашении показаний потерпевшей при её отказе дать показания, которым, по мнению стороны защиты, было нарушено право подсудимого задавать вопросы допрашиваемому лицу.

Ниже приводится выдержка из апелляционного определения Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации по уголовному делу в отношении Босько Д.Д., поскольку приведенные доводы защиты могут возникнуть и при исследовании в суде показаний несовершеннолетнего в порядке ч.6 ст.281 УПК РФ. В указанных случаях применения частей 4 и 6 ст.281 УПК РФ непосредственно в судебном заседании допрос несовершеннолетнего не проводится.

Рассмотрев апелляционную жалобу, Судебная коллегия пришла к следующему.

Доводы защитника о том, что он и подсудимый были лишены законного права задавать вопросы потерпевшей, чем нарушены требования подпункта « d » пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, не могут быть приняты во внимание по следующим основаниям.

В соответствии с подпунктом « d » пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право допрашивать показывающих против него свидетелей или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и имеет право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него.

Как следует из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в окончательных постановлениях Суда, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов. С целью эффективной защиты прав и свобод человека судами учитываются правовые позиции Европейского Суда, изложенные в ставших окончательными постановлениях, которые приняты в отношении других государств — участников Конвенции, если обстоятельства рассматриваемых ими дел являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского Суда.

В соответствии с правовыми позициями Европейского суда по правам человека при оценке вопроса о том, имело ли место справедливое судебное разбирательство в отношении обвиняемого, должно быть принято во внимание право на уважение частной жизни предполагаемого потерпевшего. Следовательно, в судебных разбирательствах по делам о сексуальных преступлениях определенные меры могут быть приняты с целью защиты потерпевшего, при условии, что такие меры должны быть сбалансированы для надлежащего и эффективного осуществления прав стороны защиты. (Аигнер против Австрии ( Aigner v . Austria ), пункт 37; Д. против Финляндии ( D . v . Finland ), пункт 43; Ф. и М. против Финляндии ( F . and М. v . Finland ), пункт 58; Аккарди и другие против Италии (реш.) ( Accardi and Others v . Italy ( dec .); C . H . против Швеции ( S . N . v . Sweden ), пункт 47; Вронченко против Эстонии ( Vronchenko v . Estonia ), пункт 56).

В ряде своих решений Европейский суд по правам человека признал, что право на справедливое уголовно-правовое судебное разбирательство в соответствии со статьей 6 Конвенции, тем не менее, допускает, что могут существовать ограничения в реализации права на состязательное судебное разбирательство в тех случаях, когда это строго необходимо в соответствии со значимыми общественными интересами, такими, как национальная безопасность, необходимость сохранения в тайне конкретных следственных методов работы полиции или защиты основополагающих прав другого лица. (Постановления по делам: «Дурсан против Нидерландов» ( Doorson v . Netherlands ) от 26 марта 1996 г.; «С.Н. против Швеции» ( S . N . v . Sweden ) от 02 июля 2002 г.; «Ботме и Алами против Соединенного Королевства» ( Botmeh and Alami v . United Kingdom ) от 7 июня 2007 г. и др.).

Применительно к особенностям судебного разбирательства по уголовным делам о половых преступлениях, Европейский суд по правам человека пришел к выводу, что из толкования подпункта ( d ) пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не следует, что обвиняемому по такому делу или его адвокату должна быть предоставлена возможность непосредственно задать свои вопросы свидетелю (потерпевшему) в ходе допроса или иного действия (Постановления по делам: С.Н. против Швеции ( S . N . v . Sweden ) от 02 июля 2002 г., пункт 52; B . C . против Польши ( W . S . v . Poland ) от 19 июля 2007 г., пункт 55).

Такое толкование положений подпункта ( d ) пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод корреспондирует требованиям пунктов 1, 2 статьи 30 Конвенции Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений 2007 года, ратифицированной Россией 07 мая 2013 года, согласно которым, каждая страна-участник данного договора должна обеспечить, чтобы расследование и уголовное разбирательство проводились с учетом высших интересов ребенка и с соблюдением его прав; придерживаться защитного подхода к жертвам, обеспечивая, чтобы расследование и уголовное разбирательство не усугубляли нанесенную ребенку травму.

Учитывая вышеизложенное, изучив материалы дела, Судебная коллегия пришла к выводу, что решение об оглашении показаний потерпевшей С. принято судом правомерно, решение соответствует положениям ч. 4 ст.281 УПК РФ, которые допускают оглашение показаний потерпевшего или свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования, в случае заявленного в суде отказа от дачи показаний (Апелляционное определение ВС РФ от 08.07.2015 №55-АПУ15-3).

Методические рекомендации судьям в правоприменительной деятельности, относящейся к исследованию досудебных показаний несовершеннолетних свидетелей, потерпевших содержатся в статье-докладе судьи Верховного Суда Российской Федерации С.Р. Зеленина.

В статье приведены следующие положения.

Если к протоколу допроса несовершеннолетнего потерпевшего приложены видеоматериалы, судья при назначении судебного заседания вправе разрешить вопрос о вызове такого потерпевшего или об отсутствии необходимости в этом. При рассмотрении указанного вопроса можно рекомендовать принимать во внимание, в частности:

— возраст потерпевшего: чем взрослее ребенок, тем меньше оснований полагать, что допрос в суде отрицательно скажется на его психическом состоянии; при этом нельзя отрицать, однако, что дети подросткового возраста являются весьма уязвимой категорией несовершеннолетних, несмотря на близость к порогу взрослости;

— характер совершенного преступления: деяния, посягающие на половую неприкосновенность несовершеннолетнего либо связанные с применением насилия к потерпевшему или насилия, очевидцем которого он был, в большей степени оказывают негативное, подавляющее воздействие на личность ребенка, чем, например, кражи или мошенничества;

— особенности взаимоотношений потерпевшего и обвиняемого, включая оценку личности предполагаемого преступника, позволяющие предположить, что их контакт в судебном заседании будет воспринят ребенком как давление или угроза;

— существующий на момент рассмотрения дела в суде статус несовершеннолетнего (находится ли он в родной семье, полной или не полной, в воспитательном учреждении, находится ли под опекой и прочее), на основании которого можно сделать вывод о наличии у него поддержки в семье, со стороны законного представителя, воспитателей, психологов и врачей, способствующей преодолению негативных последствий его участия в уголовных процедурах.

Если преступление было совершено в отношении несовершеннолетнего, но к моменту рассмотрения дела судом потерпевший достиг возраста 18 лет, представляется, что оснований для применения судом ч. 6 ст. 281 УПК РФ не будет.

Отечественное законодательство сделало уважение чести и достоинства личности принципом уголовного судопроизводства (ст. 9 УПК РФ). Развитие и конкретизация этого принципа применительно к потерпевшему даны в действующем постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», в пункте 2 которого подчеркивается, что потерпевший имеет в уголовном процессе свои собственные интересы, для защиты которых он и наделен правами стороны.

Представляется правильным, когда органы следствия в тех случаях, когда в отношении несовершеннолетнего потерпевшего проводятся экспертные исследования с привлечением психиатров, психологов, ставят перед ними не только «стандартные» вопросы о склонности ребенка к фантазированию, его способности правильно воспринимать фактические обстоятельства дела и давать о них правильные показания, но и вопрос о возможности проведения с несовершеннолетним следственных действий в дальнейшем без вреда его здоровью, прежде всего, психическому. Иное привело бы к нарушению положений ст.9 УПК РФ, запрещающих осуществление действий и принятие решений, создающих опасность для жизни и здоровья участника судопроизводства.

Пожалуй, один из основных вопросов, встающих перед практиками, состоит во взаимосвязи ч. 6 ст. 281 УПК РФ с существующими в уголовно-процессуальном законе правилами допроса и оглашения показаний потерпевшего, предусмотренными ст. 240, 277, 278, 280 УПК РФ.

По отношению к ст. 280 УПК РФ, предусматривающей особенности допроса несовершеннолетнего потерпевшего, в новой норме противоречий не усматривается. По общему правилу, предусмотренному теперь ч. 6 ст. 281 УПК РФ, несовершеннолетний потерпевший в суде не допрашивается. Однако если суд по собственной инициативе или ходатайству стороны все же придет к выводу о необходимости допроса такого потерпевшего в судебном заседании, — он будет допрошен по правилам ст. 280 УПК РФ. Таким образом, если ч.6 ст.281 УПК РФ определяет возможность допроса несовершеннолетнего потерпевшего, то ст. 280 УПК РФ предусматривает порядок этого допроса, если будет принято решение о его производстве.

По отношению к ст. 277 и 278 УПК РФ, устанавливающим общие правила допроса потерпевших и оглашения их показаний, указанная часть ст. 281 УПК РФ является специальной нормой, подлежащей применению именно в тех случаях, когда потерпевшим является несовершеннолетний. Следовательно, при конкуренции норм должна применяется именно рассматриваемая норма.

Следует также прийти к выводу, пожалуй, важнейшему, о том, что указанное положение, будучи включенным законодателем в ст.281 УПК РФ, не противоречит принципам непосредственного исследования доказательств, закрепленных в ст. 240 УПК РФ, поскольку ч. 2 ст. 240 УПК РФ прямо предусматривает оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, в случаях, предусмотренных ст. 281 УПК РФ. Следовательно, противоречия в нормах процессуального права в данном случае не содержится.

Разумеется, приведенные рекомендации не являются исчерпывающими. Практика применения судами ч.6 ст. 281 УПК РФ будет нуждаться в дальнейшем анализе и обобщении («Уголовный процесс» №10, 2015).

Таким образом, при допросах несовершеннолетних потерпевших, свидетелей и при исследовании досудебных показаний указанных участников процесса судьям районных, городских судов необходимо учесть следующие моменты.

С введением в ст. 191 УПК РФ ч. 5 стало обязательным применение в ходе следственных действий с участием несовершеннолетнего потерпевшего, свидетеля видеозаписи, за исключением случаев, когда потерпевший или его законный представитель возражают против этого.

Лишь в случае, если к протоколу допроса несовершеннолетнего потерпевшего приложена видеозапись этого следственного действия, суд вправе применить норму ч. 6 ст. 281 УПК РФ и исследовать указанные материалы без проведения допроса потерпевшего в судебном заседании.

В то же время отсутствие видеозаписи при допросе несовершеннолетнего само по себе не влечет признание данного следственного действия недопустимым доказательством, не является основанием для возвращения дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ. Исследование протокола такого допроса возможно в порядке, предусмотренном частями 1-4 ст.281 УПК РФ.

Если в поступившем в суд деле нет видеозаписи допроса несовершеннолетнего потерпевшего, следует проверить, есть ли отказ от видеофиксации, заявленный потерпевшим или его законным представителем. Отсутствие такого отказа или установление факта не разъяснения потерпевшему (его законному представителю) права на видеофиксацию показаний может являться основанием для реагирования суда в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 29 УПК РФ.